— Вы же хотите узнать, почему у Виолетты не появилась брачная татуировка и как сделать так, чтобы она все-таки появилась? — Так же насмешливо поинтересовался Арравел.
Виолетта посмотрела на Тейлора, который с силой сжал челюсти, на лице мужчины заходили желваки, да и было стойкое ощущение, что он скоро взорвется от переизбытка гнева.
— Раз нашел информацию ты, значит, найдем и мы. — Взяв себя в руки, спокойно проговорил Тейлор.
Виолетта улыбнулась, она стойко ощутила гордость. Арравел мог сказать все, что угодно, вот только ее маги не собирались так быстро идти на поводу у своих желаний, да и делать из них достояние общественности.
— Не найдете. — Без доли улыбки выплюнул глава совета. — Все что возможно было найти находится у меня, так что у вас два выхода: согласится на мое предложение или не согласится и думать самим. Вот только есть одна маленькая деталь. — Хмыкнул он. — Если в течение месяца у Виолетты не появится брачная татуировка, ваша тоже исчезнет. Вы знаете, где меня найти.
С этими словами Арравел ушел, а в столовой стояла гробовая тишина. Виолетта посмотрела на мужчин и вздохнула, каждый из них стоял, как восковая статуя, смотря в одну точку. Вообще такой расклад вполне ее устраивал, ведь разве не этого она хотела! Вот только чувство горечи, которое скопилось внутри комом, не давало возможности порадоваться своему, так называемому, успеху.
— Что будем делать? — Первый в себя пришел Родерик, обводя все еще застывших собратьев взглядом.
— Ты хочеш-шь согласиться? — Прошипел Крашш, сверкнул змеиным взглядом.
— У тебя есть другие идеи? — Рыкнул в ответ Родерик.
— Я не собираюсь идти на поводу у какого-то дракона…
— То есть тебе все равно, что через месяц пропадет брачная татуировка, да и у Виолетты она не появится? — Все больше заводился брюнет.
— Успокоились! — Рыкнул Тейлор.
Виолетта смотрела на все происходящее с широко открытыми глазами и ртом, все это время мужчины показывали ей идеальные отношения между собой, по крайней мере, когда она была рядом.
Хотя тут может быть еще и факт того, что они не знают, что делать. За своими размышлениями она и не заметила, как сзади нее стал Мурашш и приобняв ее, опустил свою голову ей на плече.
— Я никому тебя не отдам. — Прошептал он. — Ты только наша.
От такой близости и жаркого дыхания она вся напряглась, было что-то в словах мужчины такое, что она сразу поверила — не отдаст. В который раз, попытавшись разозлиться, она потерпела фиаско.
