Дух Древнего

Ещё и Лидия с Володей свидетели. Хорошо ещё, что лысый препод отстал и вообще не пришёл.

Даже, если отошлю ребят к Тихону, исчезновение Декана вызовет вопросы. Клуб развалится.

Я буквально кожей ощутил, что все мои планы трещат по швам. Куда ни кинь, всюду клин. Словно Мойры дорвались до моей нити судьбы и решили развлечься. Спутали целый клубок проблем. Завязали в узел. В узел противоречий: нельзя пускать, но и нельзя не впускать.

Должен быть выход. Должен. Я всю жизнь ходил по краю лезвия ксифоса.

Как бы поступил человек этого времени? Что сделает обычный аристократ или простолюдин, если кто-то решит попрать его права?

— Орлов, открывайте сарай, — поторопил меня декан Вербицкий.

На грани сознания забрезжила идея. Скосил глаза на Лидию с Волковым. Их лица выглядели раздосадованными.

— Без вариантов, — покачала головой Лида.

— Секреты рода важнее клуба, — кивнул Волков.

— Я требую адвоката, — я посмотрел на декана и он поперхнулся.

— Что? — его глаза чуть не вылетели из орбит, а пухлая ладонь взметнулась к щеке, — позвольте, но это не судебное дело, обычная проверка.

— Если не можете предоставить бесплатного, обращусь к платным юристам, — продолжил я гнуть свою линию.

— У моего рода договор с адвокатским домом Кац и сыновья, — вскинула голову Лидия. — В столице их основной офис. Это лучший петербуржский адвокат.

У декана Вербицкого задёргался глаз.

— Всё хорошо? — спросил я у декана, — на Вас лица нет. Мы только что из лазарета, если что, там есть антибиотик.

— Что за цирк вы устроили⁈ — голос декана сорвался на крик, — какие адвокаты? Какой антибиотик? Это проверка соблюдения техники безопасности. Каждый декан обязан…

— Проверять её на своём факультете, — раздался голос сзади и Вербицкий замолк. — О чём я, Егор Егорович, давно позаботился.

— Михаил Владимирович, — улыбнулся Вербицкий, а мы обернулись и увидели декана факультета археологии. — Рад Вас видеть. Ваши студенты не хотят…

— Потому что я всё проверил и клуб, — он посмотрел на меня сквозь линзы очков и тут же продолжил, — Аэтос, орёл по древнегречески, допущен к работе.

— Но…

— Никаких но, Егор Егорович, — мой декан махнул каким-то бланком, — вот протокол комиссии, о клубе на моём, — он особенно выделил «моём», — факультете.