- Что за внезапная страсть к фотоаппаратуре?
- А у меня хобби! И, может, я налаживаю дружеские отношения с персональным сторожем «ауди», - она не сдавалась тоже.
- Поверь мне, там, в футляре, серьезный аппарат, не для хобби. А сторож и так готов к налаживанию контакта, - развел руки, мол, любуйся. - И даже ужином тебя угостит. Хочешь?
- Поверь мне, серьезные аппараты - мой профиль. Камера, - протянула руку.
- Серьезные аппараты? Слушай, у меня есть такой серьезный... аппарат. И я тебе его с удовольствием... - осекся.
Вздохнул. - Ладно, я понял. Сейчас будет тебе фирменная фотосессия от Ивана Тобольцева.
Он все же расстегнул рюкзак и достал камеру.
- Свет - дрянь. Но если ты таки настаиваешь...
Теперь вздохнула Дуня, поднялась с кресла и сама подошла, чтобы аккуратно взять у Ивана фотоаппарат, который тот неохотно выпустил из рук.
- Действительно.... серьезная, - подняла глаза и даже слегка улыбнулась. - Я бы сказала, профессиональная. С такой расстаться будет сложно, автостопщик, - после чего на всякий случай удалилась на безопасное расстояние.
- Что ж, за предложение фотосессии спасибо, конечно, но в другой раз. А вот как залог - сойдет. Отдам завтра, обнаружив свою машинку в целости и сохранности на стоянке.Помолчали оба, оценивающе глядя друг на друга. Все по-честному. Сделка.
- Я же той, кто всех прелестней, песнь и кровь свою отдам... и фотокамеру, видимо, - наконец сказал он. - Ладно, по рукам. Но учти, что с ней надо обращаться очень нежно. И вот, возьми футляр. Мне так будет спокойнее.
Слушай, а в твоей колеснице сиденья же раскладываются, да?
- Да ты прям деловой человек. Буду очень осторожной, обещаю. Одевайся, дон Кихот, пойдем - покажу, как раскладывать сиденья. И ты мне должен ужин.
Второе ЕЕ правило: «Внимательно следи за своими вещами, а особенно - документами».
Глава 3.
Третье ЕГО правило: «Всегда следи за тем, что ешь и что говоришь».Ресторан оказался скромным и провинциальным - в полном соответствии с самим населенным пунктом. И все равно, гораздо более приличным, чем внешний вид Тобольцева.
Это, впрочем, Ивана нисколько не смутило. Когда, начиная с четырнадцати лет, пестуешь в себе чувство, что ты круче всех и тебе плевать на мнение окружающих - рано или поздно срастаешься с этим чувством. Вот и сейчас - Тобольцев не чувствовал ни малейшего смущения ни из-за дырки на джинсах, ни из-за не до конца просохших волос. Самоуверенность загружена в программу автопилота.
Стул перед Дульсиней Иван выдвинул тоже на автопилоте.
