Дунайские волны

Это усугублялось тем, что за задумчивым выражением водянисто-голубых глаз мне почудилась тень какой-то необузданной ярости. Мне вспомнилось то, что мне рассказывал Женя Васильев – если на людях Альберт и Виктория были идеальной парой, то близким друзьям он не раз жаловался, что она подвержена приступам бешенства, и что он опасался, что от своего деда, короля Георга, она унаследовала его ставшее притчей во языцех сумасшествие.

Виктория вдруг повернулась к прочим, находившимся в зале, и сказала:

– Леди и джентльмены, будьте так добры, оставьте нас с мистером Филоновым и мистером Каттлеем.

«Ага, – подумал я, взглянув краем глаза на последнего. – Как ты ни прятался за фамилию Кальверт, Викуля сдала тебя с потрохами».

– Но, ваше величество… – запричитал некто в шотландском килте.

– Делайте, что я сказала, – уже другим тоном отрезала Викуля. – Ждите меня за дверью. И если приедет виконт Пальмерстон, проведите его к нам.

Через несколько секунд зал опустел, и Виктория, повернувшись опять ко мне, сказала задумчиво:

– Мистер Каттлей рассказал мне, что вы и ваша эскадра – пришельцы из будущего.

Увы, он совершил опрометчивый поступок – допустил смерть вашей спутницы. Мне было бы весьма интересно узнать, как живут и как одеваются женщины в XXI веке. Так что единственный собеседник из вашего времени, который у нас в данный момент имеется – это вы. И я полагаю, что то, что вы сможете нам рассказать, будет намного важнее для нашей родины, нежели фасоны платьев.

Мистер Каттлей также дал мне понять, что вы ожидаете определенного вознаграждения за вашу информацию.

В качестве аванса я распорядилась открыть счет на ваше имя в одном из лондонских банков и положить на него сто фунтов стерлингов. Ту же сумму мы готовы выплачивать вам ежемесячно, а если вы сообщите нам нечто более важное, то эта выплата может значительно возрасти. Кроме того, здесь, – и она протянула мне холщовый кошелек, – десять соверенов.

Прежде чем его взять, я добавил:

– Благодарю вас, ваше величество! Только вот я надеюсь, что господин Кальверт – или, как вы сказали, Каттлей – успел вам сообщить, что мое основное условие – то, что сведения, предоставленные мной, не будут использованы против моей родины.

– Слово королевы, мистер Филонов.

«Ага, – подумал я. – В Англии, как известно, джентльмен – хозяин своего слова, хочет – даст, хочет – заберет обратно. Леди, наверное, примерно так же, а королева – тем более». Но я склонил голову и сказал:

– Ваше величество, спрашивайте.