Дунайские волны

Я полагаю, что они как-то связаны с Парижем – ведь де Козан получил свои инструкции именно там.

Во-вторых, мы пытаемся проследить телодвижения Иванова. Но должен сказать, Зимний он с момента своего прибытия покидал ровно три раза, и все три ходил в некий бордельчик, расположенный неподалеку. Интересно вот что – в тот бордель пускают только по рекомендациям постоянных клиентов. Мы пытались найти человека, от которого можно было бы получить такое приглашение, но не хотим проявлять излишнюю активность.

Узнали лишь, что тамошние дамы весьма дорогие и, скажем так, профессионалки своего дела.

– Типа наших валютных проституток? Хорошо, значит, ты считаешь, что обыск борделя, скорее всего, ни к чему хорошему не приведет.

– Именно. Наши друзья узнают про наш интерес, но вряд ли мы сможем кого-либо из них там взять. Далее. Окна в этом заведении плотно занавешены, что затрудняет использование технических средств. Кое-какие разговоры мы, конечно, смогли записать, но они состояли в основном из ахов и охов.

Для озвучки порнофильма сгодится, но нам эти «Эммануэли» не нужны. Нас интересуют «Джеймсы Бонды».

Мы установили визуальный контроль за посетителями – но весьма вероятно, что те, кто нас интересует, проникают туда каким-то другим способом. И над этим мы тоже сейчас работаем.

– А в-третьих – неплохо бы понять, что именно они замышляют. И как они собираются действовать.

– Ты знаешь, Игорь, я недавно получил очень интересную информацию из Парижа.

У нас там есть человек в их криминальной полиции – точнее, на нас работает не он сам, а его любовница, которой он очень любит рассказывать про свою работу.

Так вот. В последнее время там были убиты несколько поляков, которых, похоже, подозревали в работе на Россию. Двое из них и в самом деле были нашими агентами, остальные же к нам не имели никакого отношения. Убийц так и не поймали. Да и видно, что не очень-то их и искали, все-таки погибшие – поляки, а не французы.

Но соседей пару местные сыщики опрашивали. Выяснилось, что те раза два видели незнакомых людей, впрочем, внешность этих людей никто толком описать так не смог.

Но вот что еще интересно. Несколько месяцев назад был убит некий польский поэт. Вирши его публиковались редко – в эмигрантские круги он хоть и был вхож, но редко там появлялся и в основном сидел дома с бутылкой, создавая свою нетленку. Заподозрить его в работе на нас мог только идиот.