Онлайн-библиотека книг
Обед мы закончили молча, но я была ошарашена, когда вместе со счетом, за наш столик принесли розу на длинной ножке с карточкой с номером телефона и каким-то довольно длинным посланием, мелко написанным от руки, тогда как детка-погремушка получила бутылку шампанского и, еще до того, как мы рассчитались и покинули ресторан, уплыла в сторону отдельных кабинетов с одним из «пиджаков».
На выходе Серафима указала мне на подношение и на ближайшую урну.
— Я бы на твоем месте это себе не оставляла.
Ух ты, ерунда, конечно, и вранье, но приятно, между прочим. «Восхищен». Не то, что златоглазый демон этот со своими насмешками и «ты мне принадлежишь».
В квартиру мы поехали не сразу, пришлось еще уйму времени таскаться все на тех же козьих копытах по бутикам, мерять еще одни копыта, новые тряпки, позорное белье.
Я уже и проголодаться снова успела от этих «хождений по мукам», ноги отваливались, пакетов была куча, но наконец-то Серафиме позвонили и она свернула пытку шоппингом.
Едва войдя в квартиру, куда она со мной подниматься не стала, я поняла, что Захар здесь. Воздух пах им и едва ли не искрил от того, что его присутствие наполняло все вокруг пугающей и одновременно заставляющей сделать мгновенную стойку мою чувственность энергией.
Оставив все пакеты на полу прихожей, я сняла новое пальто, оставшись в том самом липнущем к мигом вспотевшей коже платье, замялась перед зеркалом, пялясь на свои стремительно краснеющие совсем не с холода щеки и расширяющиеся, как у обдолбанной, зрачки. Неделю. Я его не видела неделю. И мое чертово тело буквально ныло кое-где в предчувствии, хотя скорее уж в жадном предвкушении того, что он со мной обязательно сделает.
— Аяна, ужин остывает!
Блин, ненавижу этот его голос — бархатную плетку, что моментом оголяет нервы. Голос — шелковую удавку, что отнимает воздух, заставляя его хватать рвано и торопливо. Голос — острейшую бритву, что вскрывает меня до самого бешено заколотившегося сердца.
