Дурман для зверя

А все знаешь почему?

Я шагнул ближе, она шарахнулась, но жесткий захват на запястье не дал ей сбежать. Не церемонясь, прижал ее ладонь к паху, придавив своей сверху, когда задергалась, и поддал бедрами, чтобы как следует прочувствовала.

— Так вот, ты сама по себе — никто, пустое место, но имеется некоторое обстоятельство. — Глядя в ее все более безумные глазищи, я начал бесстыдно толкаться в ее руку. — У меня на тебя отчего-то дикий стояк, причину которого анализировать я не намерен.

А знаешь почему? Потому что просто трахну тебя сейчас и забуду об этом.

— Нет! — Она рванула конечность из моего захвата, но куда уж ей, такой тщедушной.

— Да! — хлестнул я ее голосом и потеребил пальцами другой руки ее такой пухленький сосок. Аяна от этого съежилась и затряслась еще заметнее. А мне плевать, меня это только сильнее завело, а зверь так близко подступил, что того и гляди выскочит наружу. — И выбор у тебя не слишком большой. Я тебя поимею.

Вот только щедро предлагаю выбрать: мы станем вести себя как цивилизованные люди и тебе даже понравится, а точнее — очень-очень понравится. А после того, как я удовлетворюсь, и ты, и твои у*бки-приятели уходите отсюда без всяких претензий с моей стороны. Мы, типа, в расчете. — Ощутив новую, едва не сбивающую с ног волну похоти от взмаха ее игрушечных ресниц понял: нет, не в расчете, я в охренеть каком выигрыше останусь — колбасит-то уже не по-детски.  — Либо же я все равно тебя отдеру, но тогда тебя ждет боль, унижение и порванные в хлам дырки. А перед тем, как начать с тобой, я скажу своим ребятам там внизу, чтобы продолжили с того места, на котором остановились."

"Опять же бессовестное вранье, никогда я такого с женщиной не делал, и лучше член себе отрежу, чем стану реально насиловать или причинять боль во время секса. Но, во-первых, кто она такая, чтобы быть с ней честным и следовать нормам общечеловеческой морали? А во-вторых, меня, кажись, до такой степени никогда еще не прижимало! А девочка явно из тех, на кого надави — она и прогнется, да еще и тащиться от этого станет.

Да я, может, и вовсе ее себе оставлю. Ну, пока не наиграюсь, в мать ее, кукол. Дожил!

— Пожалуйста, не нужно. — Жалкое, но и тут же вспышка гнева: — Вы не посмеете! Мы в полицию…

— Ага, да хоть в прокуратуру. У меня везде друзья-товарищи и даже родня.