Ревность — эмоция, она может мучить тебя внутри, но не так же все тело скручивать? Так что со мной? Умру от этого?
Как ни странно, паники от озарения о возможном тяжком заболевании не возникло, зато оно отвлекло меня. Серьезная проблема с физическим или чего хуже с психическим здоровьем куда как поважнее будет всяких непонятных страдашек вокруг принадлежности какому-то мужику, что старательно корежил мою жизнь. Пусть так это и не ощущается.
Незаметно за этими на удивление отстраненными размышлениями буря, охватившая меня, считай, на пустом месте, утихла.
Повалившись на бок, я несколько минут так полежала, вслушиваясь, как отпускает напряжение и выравнивается дыхание. Итак, что я имею? У меня, как выяснилось, внезапно какие-то хреновы чувства к Захару. А у него, очевидно, эти самые чувства к его невесте. Или нет, мне совершенно тут пофиг, главное, что ко мне у этого мерзавца никаких чувств нет. А значит, мне с этим не пойми откуда взявшимся эмоциональным дерьмом нужно что-то делать.
Вот как вообще угораздило взять и вляпаться? Сначала во всю эту историю, а потом и такое… Сраный Стокгольм, мать его за ногу! Ну правильно, наследственная, типа, хрень, судя по всему. Мать вон, я теперь. Господи, ну что у меня все не как у людей?
Поднялась и поковыляла в ванную, сняла с себя одежду, буквально насквозь промокшую от лившегося пота, напилась прямо из-под крана в раковине и сунулась в душ. От струй воды, стегнувших по коже, даже заорала в первый момент.
Чувствительность запредельная какая-то. Пока мылась, проснулся аппетит, да причем сразу какой-то зверский, как если бы я черт знает сколько голодала, и желудок аж до тошноты свело от пустоты.
А в холодильнике — шаром покати. Всю неделю, пока мной занималась садистка-дрессировщица Серафима, еду заказывала она и сразу готовую. А после ее уходов я могла только упасть и вырубиться, чтобы проснутся от нового явления домомучительницы, а не по квартире шарить.
Захар же хранил в местном холодильнике только несколько бутылок вина. Ну понятное дело, это же у него квартира чисто для траха, чего ему продуктами тариться, он тут не живет. Вчера вон тоже ужин заказал, а что я буду жрать на завтрак — его не колышет. Сунулась по всем ящикам на кухне — никакой еды. Даже каких-нибудь каш или печенюшек. Да и из посуды — бокалы, плоские тарелки, целых шесть штук, по столько же вилок и ложек, пара кружек.
