Дурман для зверя

 — У нас ведь теперь времени сколько угодно, да, куколка?

— Это вопрос, требующий ответа? — попыталась я уцепиться за свою язвительность, силясь сохранять адекватность, когда он, поставив меня посреди комнаты, стал обходить, будто примеряясь, откуда начать жрать.

— Снимай все! — приказал он, проигнорировав мой укол. — Если это сделаю я, то это тряпье ты больше носить не сможешь. Хотя в любом случае это так.

Я сделала несколько вдохов, подавляя рвущееся наружу желание послать его, заорав в лицо, и начала расстегивать рубашку, пока он так и продолжил наворачивать неторопливые круги, не отрывая от меня глаз и дико этим нервируя… и, провались он, возбуждая.

Закончив, выпрямилась и вздернула подбородок, подавляя стыд вызовом.

Захар встал передо мной и уставился на грудь, наблюдая за тем, как съеживаются мои соски. Его глаза сузились до щелей, ноздри дергались, а верхняя губа подрагивала, то и дело обнажая зубы.

— Теперь меня! — намного более хрипло велел он. — Раздень меня сама, Аяна.

Глава 19

И без того огромные глаза моей мультяхи распахнулись еще шире, когда до нее дошла суть приказа, и пару секунд мне казалось, что она начнет упрямиться или дерзить, и тогда не избежать нам снова спонтанного первого раза.

Если дотронусь до нее хоть пальцем сейчас, до этой смуглой бархатистости кожи, что усыпана крошечными мурашками то ли от прохлады, то ли от уже разгоняющегося возбуждения, то остановлюсь, только когда кончу, хрипя и содрогаясь, будто помирал, рухнув с высоты на камни, а не достигал финала.

Но сегодня я был намерен показать Аяне новые стороны ее чувственности, дать ощутить, что брать она хочет ничуть не меньше, чем бездумно отдаваться, впадая едва ли не в беспамятство от собственных потребностей и моего искусного воздействия. Хотя, надо быть честным, меня и самого с ней накрывало так, что осмысленно я делал что-то только в первый момент, а потом разум и расчетливость оказывались погребены под лавиной дичайшей похоти, и все происходило на уровне чистых инстинктов, как дыхание или глотание.

Даря удовольствие моей кукле, я упивался этим не меньше, чем она. Полная взаимная отдача.

Уже собирался подхлестнуть Аяну, что еще переминалась с ноги на ногу и то и дело поднимала и опускала свои тонкие руки, будто борясь с импульсом прикрыть хоть что-то от меня, но вот она порывисто шагнула вперед и взялась за пуговицы моего пиджака. Из-за нервозности движения выходили дергаными, так что она едва не выдирала их, а не просто расстегивала.