Дурное поведение

 – Даже не утруждайся – у меня есть жених!

– Одна мышца на моем теле прокачена лучше всего…

По изумлённому возгласу девушки стало ясно – сводный брат сильнее приспустил резинку.

– А вот сейчас лучше, чтобы ты включил мозги! – уголки пухлых губ девушки приподнялись. – Он тоже, знаешь ли, качает… нефть! Но и с телом у любимого все в порядке. Только Уинстон не бегает, как примат, и не крутит задом! В отличие от тебя, мажорик, мой жених с нуля построил бизнес в Лондоне! – переведя взор с Гвидона на меня, она добавила: – Агния, еще увидимся… – развернувшись, соседка засверкала красными подошвами дорогих туфель, скрываясь в тени кустов.

– Прекрати уже… – но я не договорила, встретившись с его раздраконенным взглядом.

Царев выглядел взбешенным, играя желваками квадратной челюсти. Складывалось ощущение: еще немного – и из его глотки вырвется струя огня.

– Она будет моей… – прошептал наглец, самодовольно похлопав себя в районе паха.

– Вообще-то крепостное право отменили в 1861 году, – я закатила глаза.

– Не умничай, сестренка! – подмигнув, парень поспешил на спортивную площадку.

* * *Сославшись на головную боль, я отказалась от ужина, проведя остаток вечера в спальне. Первой мыслью было запереться, но, вспомнив, как легко Руслан сметает барьеры, все-таки решила последовать его просьбе оставить дверь открытой. В конце концов искушение хоть раз поговорить по душам вытеснило страх. Только я до сих пор не определилась, насколько далеко может зайти наш разговор…

Откровенно говоря, все это время ждала, что он хоть что-то почувствует.

Ведь, несмотря на парик и сценический грим, мы не только целовались, но и разговаривали. Я бы узнала его из тысяч по одному запаху…Учуяла, как молодая волчица чует своего волка. Но Царев не придал значения мимолетному знакомству в клубе. Главное, он жив и почти восстановился, а кто распылил перцовый баллончик, заставив нападающих отступить, не так уж и важно. Я не хотела, чтобы его отношение изменилось только после открытия, что незнакомка из клуба и я – один и тот же человек.

Раздевшись, приняла душ, отгоняя мрачные мысли. Увы, наше общение строилось исключительно на инстинктах, как у зверей. Дичайшие потаенные чувства вырвались на свободу. Он был тем мужчиной, в руках которого отказывали тормоза и начинали плавиться покрышки. Его желания воскрешали во мне жизнь. Руслан стал моим нашатырем, пробуждая от многолетней спячки.

Надев самую закрытую антисексуальную сорочку, я легла в постель, натягивая одеяло до подбородка.