Дурной ген

Эта аутопсия показалась Арье довольно интересной, хоть она и не вынесла оттуда ничего нового. С ее точки зрения, многое в криминалистике обусловливалось обычным здравым смыслом.

— Сегодня большие пробки, — пояснила Арья, подходя к столу планирования.

— А как тогда получается, что ваш коллега, доктор Мюллер, умудряется каждый день приезжать сюда вовремя… — скорее заявил, чем спросил Чет, и на лице у него появилась обвиняющая ухмылка, которая бесконечно раздражала Арью.

— Не знаю, — без всякого интереса сказала она.

А потом, не сумев сдержаться, добавила: — Может, по ошибке надеется, что научится тут чему-то полезному.

Сложилась так, что Арья не уважала Теда Мюллера. Этот подхалим по-прежнему больше походил на абитуриента медицинского института, чем на человека, который вот-вот окончит интернатуру. Арья пот и стыдилась того, что оказалась вместе с ним на практике.

— Тогда позвольте мне кое-что сказать вам, юная леди, — начал Чет. — Я очень старался убедить доктора Стэплтона разрешить вам поработать с ним с утра над очень интересным огнестрелом.

Проблема в том, что доктор Стэплтон — трудяга, он в яме уже с половины восьмого. Насколько я знаю Джека, сейчас он уже заканчивает. Советую как можно скорее тащить свою задницу туда. А после вскрытия найдите меня, и я направлю вас на другое дело. Будете сегодня работать с полной загрузкой.

С новой силой разозлившись на покровительственное «юная леди» и не потрудившись ответить, Арья отвела от Чета сердитый взгляд и вышла из комнаты для опознаний, прихватив чашку с кофе, хотя Макговерн в первый же день велел этого не делать.

Она сочла его приказ одним из тех бессмысленных, попахивающих дедовщиной правил, соблюдать которые должны одни только интерны. Арья дошла до лифта в глубине помещения, и ей пришлось подождать, пока он приедет. Можно было спуститься по лестнице, вышло бы быстрее, но на нее напало пассивно-агрессивное желание не совершать усилий. Оказавшись внизу, она прошла мимо кабинета при морге в женскую раздевалку, чтобы переодеться, и через пять минут уже входила в помещение для аутопсий. Запах немедленно напомнил ей о вскрытии Керы Якобсен. Сразу захотелось вообще сбежать отсюда и заняться делом, которое ее действительно интересует. Как она и ожидала, доктор Джек Стэплтон и его любимый санитар Винни Амендола работали за столом номер один в самом дальнем конце зала: тот, кто начинал первым, имел возможность выбирать.