Дурной ген

Она поставила кружку на приставной столик и повернулась, чтобы смотреть прямо на собеседника. — Что значит «не на пользу»?

— Им это не разрешено, — перебила Лори.

— Да, я знаю, — согласился Чет. — Проблема в том, что они не несут никакой реальной ответственности. Когда я понял, что не вижу Арью Николс, то поговорил с экспертами, к которым ее направлял, и выяснил, что она приходила в анатомичку с утра, вертелась там какое-то время, может, даже задавала несколько вопросов — вероятно, неплохих, потому что она совсем не дурочка, — но потом исчезала.

А остальные вскрытия, которые я назначал ей на этот день, попросту игнорировала.

— Какая наглость! — возмутилась Лори.

— Это еще полбеды, — продолжал он. — Когда я выразил ей свое недовольство, она взяла и наврала мне, будто участвовала во всех вскрытиях, на которые я ее поставил. Несколько дней назад, когда она улизнула из бюро чуть ли не через полчаса после начала первого вскрытия, я незаметно пошел за ней.

— И куда же ее понесло? — спросила Лори.

Она не могла решить, что поразило ее сильнее: интерн, проходящая практику в бюро, которая сбегает с утра пораньше, или ответственный за стажировку, который за ней шпионит.

Ей даже пришло в голову, что Джек, возможно, прав, говоря о мотивах Чета.

— Да в соседнее здание, — пояснил Чет. — Она пошла в одну из патанатомических лабораторий и стала изучать свежие замороженные срезы.

— Ты сказал ей что-нибудь?

— Конечно, — ответил он, — как я мог не сказать? Я был возмущен, поэтому подошел и спросил, какого черта она делает.

— И что она ответила?

— Сказала, что я еще глупее, чем кажусь, если сам не вижу.

С губ Лори сорвался легкий смешок, о котором она немедленно пожалела, ведь Чет был явно оскорблен нахальством Николс. Лори быстро спросила:

— Неужели она даже не попыталась объяснить происходящее или как-то извиниться?

— И близко ничего подобного. Заявила, чтобы я шел в жопу и оставил ее в покое.

— Шутишь?! — воскликнула Лори.

Ей было очевидно, что женщина, которую они обсуждали, разительно отличалась от типичного интерна судебной патологии.

Будучи главным судмедэкспертом, Лори волей-неволей видела в подобном поведении потенциальное осложнение отношений с факультетом патанатомии Нью-Йоркского университета, если только не будет решено занять выжидательную позицию, чтобы университет сам разбирался с бессовестной дамочкой. Хорошие отношения бюро и кафедры были весьма важны по многим причинам, включая программу клинических ординаторов судебной медицины.