Душа моя

Так что…

Побродив по территории и даже познакомившись и побеседовав с командиром части, я пообещала подготовить договор и вместе с Николаем пошла по плацу к КПП — на выход. И что-то… будто морозом осыпало затылок… шею и сошло вниз по плечам ирреальной изморозью, заставляя все тело покрыться гусиной кожей. Ощущение чужого взгляда… Я слышала о таком, читала, но сама испытывала впервые — почти физически ощутимое прикосновение.

Слегка поежившись, завертела головой, оглянулась… На крыльце штаба, откуда мы только что вышли, стоял мужчина в военной форме и смотрел нам вслед — мне вслед.

Мы отошли уже довольно далеко, но я узнала его — это он приносил нам ёлку почти два года назад. Это был тот самый прапорщик — невысокий, крепкий мужчина среднего возраста с совершенно седыми волосами, коротко стриженными, как и положено военным. Белыми волосами…

— Коля-я…? — протянула я, отворачиваясь и испытывая непонятную неловкость — простой же вопрос!

— Скажи, а кто этот… мужчина — там? — чуть кивнула я в сторону штаба, — только не смотри туда, пожалуйста, не разглядывай его.

Не дождавшись ответа, взглянула на Николая, который смотрел на меня с веселым изумлением. Чувствуя, как к лицу приливает кровь, вдруг поняла, что давлю в себе дикое желание послать его…! И изумилась тоже — сама себе. Выдохнула.

— Могу и не разглядывая, — согласился Николай, — это Максим Сергеевич Баскаков — главный наш шаман. Считай, что хозяин автопарка.

— Прапорщик — хозяин? — удивилась я.

— В царской России звание прапорщик было самым первым офицерским званием, — доверительно поделился со мной Николай, — и ты права — начальник гаража всегда офицер, он организует и определяет фронт работ, а за их исполнение отвечает специалист и это старший прапорщик Баскаков.

Старинная дворянская фамилия, — зачем-то добавил он.

— Дворянин — в гараже? — не створилось у меня втюханное литературой и кинофильмами о том еще — дворянском офицерстве.

— Сейчас дворянство понятие почти условное, Ира, это скорее пережиток, чем реалии — сама понимаешь.

 Но Баскаков… у него три курса института. Потом вынужден был уйти и призваться — обстоятельства. Интересуешься? — наклонился он, вглядываясь в мое лицо: — Можно спросить его самого — как раз идет сюда.

— Да…?! Да как-то неудобно. И зачем? Ну, мне пора уже, — махнула я на прощание рукой и почти ворвалась в помещение КПП. Сунула пропуск девушке в защитном камуфляже и чуть не умерла от какого-то дурацкого, животного, глубинного страха, пока та его рассматривала.