Душа моя

И меня тоже… тоже буквально разрывало от того, что творилось где-то внутри. И я тоже, наверное, сейчас светилась. Потому что он, не глядя, прислонил ёлку к стенке и шагнул ко мне.

Все было не так — не по правилам. Ухаживания, комплименты, кино, балет, цветы и рестораны, прогулки под луной — мы шагнули мимо или через… Это было легкомысленно? В тот момент казалось, что нет. Мною так точно — все было давно обдумано, надумано, обусловлено и даже выстрадано. Если нет сил терпеть и смысл понятия «подождать» размыт и совершенно не улавливается сознанием…? Если тело покорно слабеет, а душа млеет и плывет в непривычном для нее комфорте?

Нас могло остановить только одно — если бы дома была Анжела.

Но ее не было.

Лежа потом на теплом мужском плече и вычерчивая ноготком узоры на его груди, я тихо спрашивала, а он уверенно и спокойно отвечал мне:

— Почему не два года назад, Максим?

— Я тогда не сразу понял. Нужно было разобраться в себе, подумать.

И ты показалась мне слишком молоденькой — тоненькая, худенькая, трогательная…

— Хорошее освещение в прихожей, — протянула я, — зря я спорила со Светой.

— Нормальное, обычное освещение — дело не в нем.

— А в чем тогда — во флюсе? Тебе стало жаль меня?

Помолчав, он прижал меня к себе чуть крепче: — Ты замечательная, удивительная — крохотная, нежная, ранимая… Взять на руки и не отпускать!

— Чтобы не споткнулась и не хромала потом? — не уставала я искать причины.

Так хотелось верить! Трудно… да и повела я себя сейчас неправильно… наверное. Доходило потихоньку, но все увереннее. Это был крах! Доступная… нет — легкодоступная баба. За ёлку, бл*дь!

— Что с тобой, Ира, откуда вот это все? — прижал он меня к себе еще крепче, — хочешь — докажу?

— Как? Наверное, словами это уже не лечится, не трать… — попыталась я встать, — скоро придет Анжела, тебе пора…

Он еще чуть полежал, глядя на меня, потом тоже встал и стал быстро одеваться.

Я еще держалась… пока держалась, но лучше бы ему поспешить. Он оглянулся и кивнул мне:

Хорошо-о — минуту я как-нибудь протяну, а вот дальше — беда-а… Дальше я просто лягу и умру. Предупредить Алёну… Анжела…

— Дай руку, — незаметно подошел он со спины. Потому что все еще босиком? Развернул меня от окна и потянул вверх мою безвольно повисшую лапку.

— Я купил еще в ноябре, после разговора с Николаем Георгиевичем.