Умерла бы, видя перед глазами лицо своего опекуна. Не знала бы мужчин, не искала бы подруг, не желала бы детей.
Такое будущее рисовала себя сама Альма.
Но откуда ни возьмись, появился Ринар и все сломал.
Продолжая зарабатывать очки девичьего гнева, Ринар сделал незаметный пасс, погружая Альму в сон. Она была слишком сосредоточена на своих мыслях, чтоб заметить его, потому просто закрыла глаза, засыпая.
А он еще долго смотрел на воспитанницу, думая о своих восьми годах без нее и о праве теперь вернуть ее обратно.
Глава 16
— Просыпайся, — Альма почувствовала поцелуй на щеке, нахмурилась, прижимаясь к теплому боку еще сильней. Не хотелось просыпаться — ей было так удобно, уютно, хорошо… — Просыпайся, севим[1].
Очередное новое слово из его уст. Разум как-то разом просветлел, возвращая девушку из невероятно спокойного сна в слишком волнительное настоящее."
"Альма выпрямилась, попыталась отодвинуться, убрать руку с его колена, на котором та так удобно устроилась, снять с себя его пиджак, который точно не надевала.
Экипаж трясло, значит, они еще не приехали. Отодвинувшись от мужчины на максимальное расстояние, девушка вновь припала к окну. На улице уже темно. Сколько же она проспала?
— Через несколько минут будем дома, Альма.
На его пояснения девушка не отреагировала никак. Что говорить? Во сне было хорошо, а вот сейчас сердце вновь зашлось быстрей от осознания, как круто занесло ее жизнь на вираже.
Вместо того, чтоб провести дорогу думая, что делать дальше, как выдержать, как не потерять остатки гордости и как сбежать, в конце концов, она спала.
Устроилась на плече мужчины, которого искренне ненавидела, и спала.
А через несколько минут она вернется в дом, в котором сама себе обещала больше никогда не появляться.
Вот только они держали путь вдоль холмов. Холмов, а не по лесу, который окружал поместье лорда Тамерли со всех сторон.
— Куда мы едем? — Альма обернулась, лишь на секунду встречаясь взглядом с Ринаром, а потом вновь обратила все свое внимание на окно. В темноте сложно было что-то разглядеть, возможно, за восемь лет многое изменилось, но равнины ведь не могли смениться холмами за считанные годы?
— Домой, — ответа девушка не ожидала, дальнейших пояснений тоже.
— Скоро увидишь.
Карета начала сбавлять темп, они свернули с пыльной дороги — конские копыта застучали по брусчатке, ведущей к дому. К дому, но не к тому, в который ее когда-то привез Аргамон.
Первым вышел Ринар. Остановился, дожидаясь, пока Альма сделает то же.
