Душа по обмену

— Там был остров… и двери… много дверей… — глаза слипались, мысли двигались вяло, тяжело и начинали путаться.

— Остров, значит? Интересно. Каждый проводник видит междумирье по-своему…

Голоса звучали глуше, глаза слипались, я пыталась ухватиться за какую-то важную мысль, но она ускользала. С большим трудом мне удалось вспомнить главное и выдавить:

— Отец. Я хочу увидеть своего отца!

В следующую секунду сознание затуманилось окончательно. Уже засыпая, я услышала довольный голос незнакомки:

— Нужно переложить её в постель.

Теперь это не опасно. Просто истощение. Ох, как же я хочу увидеть лицо Доргана, когда он поймёт, какую ошибку совершил!

Глава 20

Я проснулась от прикосновения. Кто-то гладил мою ладонь. Так ласково это мог делать только один человек. Губы невольно расплылись в улыбке, ещё до того, как я открыла глаза.

Конечно, это был Урнан. Сидел на краешке кровати, держал за руку и смотрел с такой тревогой и тоской, что стало неловко за тот миг слабости, когда я не хотела сюда возвращаться.

— Папа! — Я попыталась сесть, чтобы стать к нему ближе, но слабость — последствие магического истощения, всё ещё давала о себе знать, и тело начало неуклюже заваливаться назад.

Урнан подхватил меня и порывисто прижал к себе, уткнувшись лицом в волосы и повторяя моё имя. В его объятиях было тепло и надёжно. Впервые с момента пробуждения на Алнодоре я почувствовала, что вернулась домой. К горлу подкатил ком, на глаза навернулись слёзы, однако на душе было легко и светло от осознания, что вынужденное одиночество закончилось.

Теперь у меня здесь есть родной человек. Осознавать себя Лестой всё ещё было странно и некомфортно, но я начинала привыкать к этой мысли.

— Спасибо, что приехал, — я отстранилась, почувствовав головокружение.

Отец, поцеловав в лоб, бережно опустил меня на подушку и со вздохом сказал:

— Прости, что не смог сразу. Пришлось отплыть по срочным делам, сообщение получил только когда вернулся. Сразу примчался, а тут столько всего произошло, и ты… больше суток была без сознания.

 — Его голос дрогнул, глаза снова наполнились тревогой. — И выглядишь плохо — бледная, лицо осунулось.

— Ничего, мне гораздо лучше. А ты… уже знаешь?

Урнан улыбнулся удивлённо и радостно.

— Что ты проводник? Да. Это очень неожиданно, но целительница всё объяснила. И ты уже даже успела кого-то спасти! Я горжусь тобой, родная, вот только забрать домой теперь не смогу, — закончил он, помрачнев.

— Я не собиралась домой, просто хотела перевестись в школу попроще.