Два босса для меня

Нет, признаюсь, что в самом начале, когда они, в облаке тестостерона и диком напряге, какой бывает перед дракой у мужиков, двинулись ко мне, я реально чуть в обморок не грохнулась, даже изображать внезапное пробуждение не пришлось.

И без того, сердце в пятки ушло. И тут даже не сразу поймешь, отчего: от предвкушения или страха. Скорее всего, и то, и другое, и еще чуть-чуть чего-то странного, того, что я анализировать ни в жизнь не стану.

Я замерла, когда с меня аккуратно сняли одеяло, когда кровать прогнулась с двух сторон под мощным весом обоих моих любовников… А потом ничего не происходило целых пару минут.

Я не могла видеть их лиц, и не понимала, что творится.

Они сняли с меня одеяло, забрались на кровать, перед этим договорившись о дальнейших действиях… И что? И что делают-то? Смотрят? На меня? Что там, что-то новое можно увидеть, что ли?

От их взглядов, невероятно осязаемых, по коже бежали мурашки, а сердце заходилось дурным волнительным стуком.

— Малыш…

Нет, все же Гном не умел долго молчать, очень уж коммуникабельный человек…

— Малыш… — теплые, ласковые ладони прошлись по спине, мягко массируя, делая так приятно, так хорошо, что я невольно прогнулась кошечкой под их нежностью…

Со стороны Сани предсказуемо не было ни одного звука, ни одного движения… Только взгляд, слишком уж материальный.

Как бы не обжечься об этот лед!

— Малыш… — меня перевернули на бок, я раскрыла глаза и оказалась лицом к лицу с Гномом. Он упер локоть в кровать, а второй рукой мягко тискал мою грудь, чуть пощипывая соски.

Это было приятно… Потом потянулся к моим губам, я не стала возражать, раскрывая рот и впуская его горячий язык.

Сзади прогнулась кровать, жесткие ладони прошлись совсем не ласково, а очень даже по-собственнически по талии, сомкнулись на бедрах, резким движением притискивая меня к твердому члену.

Я только слабо ахнула в губы Гнома, он прижался сильнее, не позволяя мне уклониться, и настойчиво ворвался языком в мой рот. От его вкуса, от нежности и даже какой-то легкой деликатности, с которой он целовал меня, голова закружилась.

А нарочитая грубость Сани, приподнявшего мое бедро, раскрывая удобнее для себя, только оттеняла все эмоции, даря остроту и перечный, горячий кайф.

Гном еще целовал меня, долго и умело, когда Саня молча толкнулся членом в уже готовую для него влажность.

Это не стало событием, мне кажется, я была готова еще в тот момент, когда они ругались друг с другом и делили меня.

Извращение, да, я в курсе.