Два дня

 – Клуни очень убедителен, когда играет людей, ведущих неорганизованную жизнь.

– Стоп-стоп-стоп. Мой герой – человек, ведущий неорганизованную жизнь?

– В романе Набокова – да. Он жесткий, циничный, непреклонный. Одержимый. И он – моралист, отказывающийся замечать безнравственность своих собственных поступков.

– Знаете, – сказал Демарко, – пожалуй, вам лучше не вмешивать меня в эту историю. Тогда мне не придется вас за что-нибудь арестовывать.

В то лето они встречались еще три раза. На второй встрече, тоже «У Дино», Хьюстон расспрашивал Демарко об иерархии званий в полиции штата, о должностных обязанностях разных полицейских, о типах оружия, которым они вооружены, а также о том, в каких случаях полиция штата оказывает содействие местной полиции, а в каких имеет перед ней преимущественные права.

Но, помимо этого, Хьюстон также рассказал Демарко в подробностях о своей жизни, жене и троих детях, которых он явно любил и обожал.

Затем в разговоре возникла пауза. Прервал ее Хьюстон.

– Вы, наверное, знаете о моих родителях, – сказал он тихо.

Демарко кивнул. Дилетантское ограбление хозяйственного магазина Хьюстонов… разорванное выстрелом горло его матери… и через две недели самоубийство его отца, наглотавшегося антидепрессантов. Ужасные образы, должно быть до сих пор преследующие Томаса… Воспоминания, время от времени обуревающие и подавляющие его.

Их разговор принял интимный характер. И Демарко вдруг настолько растрогался, что уже собрался вытащить на свет своих собственных призраков и демонов.

А почему бы и нет? Почему бы ему и не рассказать сейчас, по прошествии стольких лет, о том почти нереальном счастье, которое он испытывал в первые годы своего брака и отцовства. И о том, как это счастье вдруг исчезло, словно ничего и не было. А сменившие его досада и гнев вылились в чрезмерно агрессивное поведение и последующее понижение в должности… Похоже, человек, сидевший напротив него, смог бы его понять. Увы, Демарко сумел выдавить из себя только несколько слов о Райане-младшем и удостоить Ларейн одной-единственной фразы: «Вскоре после этого она меня оставила».

Рука Хьюстона скользнула по столу, как будто потянувшись к Демарко. А потом резко замерла.

– Хреновая эта штука – жизнь, – коротко резюмировал писатель. – Мне очень жаль."

"Демарко кивнул. Но перевел взгляд со своего собеседника на проезжавшие за окном машины. Хьюстон не стал его больше ни о чем расспрашивать, и Демарко полегчало.