Два дня

Это совсем юная девушка – нимфетка, как ее именует Набоков. Не ребенок, но еще и не женщина. А повествование в этом романе ведется от лица Гумберта Гумберта, ученого, знатока романских языков, питающего нездоровое влечение к таким нимфеткам. Он понимает, что его болезненная одержимость восходит корнями к детству, когда он впервые испытал влюбленность – к двенадцатилетней девочке по имени Аннабелла. Через короткое время после знакомства мальчика разлучили с Аннабеллой, и та вскоре умерла от тифа. Том решил дать это имя, слегка видоизменив его, своей главной героине.

То есть назвать ее не Лолитой, хотя по сути она – Лолита, а Аннабел. По задумке Хьюстона, его Аннабел должна была также вызывать ассоциацию с Аннабель-Ли из одноименного стихотворения Эдгара По – как и набоковская Аннабелла.

– Уф, – выдохнул Демарко. – У меня уже голова идет кругом.

– Полагаю, вам известно, что во всех романах Тома характеры и ситуации заимствованы из других романов. Так и с этим новым романом. Том хотел, чтобы его роман походил на набоковский в плане игры слов и использования множества литературных аллюзий и в то же время представлял собой рассказ о современном американском обществе.

Сюжет, конечно же, был бы отличным, как и сюжеты всех прочих романов Тома. Они все – плод его собственного воображения. Но по теме, по своей сути его роман «О.» должен был перекликаться с «Лолитой». Он тоже задумывался им как роман об одержимости и ее моральных последствиях.

– Это очень полезная информация, – сказал Демарко.

 – Но я не могу не поинтересоваться: откуда у вас такая осведомленность?

– Я же говорил вам: Том был моим консультантом. Я бывал в его кабинете чуть ли не каждый день. И при любой возможности старался расспросить его обо всем, узнать его мнение. Том был очень добрым, великодушным человеком; он всегда находил время для своих студентов и готов был помочь всем своими советами. И мне отрадно думать, что он видел во мне потенциал писателя и потому поддерживал и помогал мне.

– Значит, если я захочу найти эту героиню по имени Аннабел… Вы сказали, ей было всего двенадцать лет?"

"– В романе Набокова.

Но не в стихотворении Эдгара По. И не в романе Тома. Но эта особа должна быть все еще достаточно юна, чтобы производить впечатление оскорбленной невинности.

– Оскорбленной невинности?

– Человека, которого оскорбляют, но который еще не утратил… чувствительности к оскорблениям. Который не стал циничным… Искушенным.

– Кого-то вроде вас, – вставил Демарко.