Два дня

А в другом ангаре, скорее всего, хранились биты, мячи, шлемы, снаряжение кетчеров и запасные базы. «Все они, учитывая порядок в комплексе, должны быть развешаны внутри ангара на стенах», – рассуждал Хьюстон. И, скорее всего, там было много свободного места, где бы он мог лечь и растянуться. И дождевики, в которые он сможет укутаться, чтобы согреться. А нагрудник для кетчера можно использовать как подушку.

Стоянка для автомобилей была пуста, если не считать навеянного ветром мусора. С расстояния в сорок ярдов весь комплекс выглядел так, словно был законсервирован на зиму.

Если бы Хьюстону удалось проникнуть в ангар незамеченным, он бы смог отсидеться там с остатками продуктов какое-то время. А потом продолжить свой путь к Аннабел. Хьюстон попытался прикинуть, сколько ему еще добираться. Постарался увидеть на мысленной карте своего маршрута заветный стрип-клуб, двухполосную дорогу, змейкой бегущую на северо-восток, к границе Огайо. С изгибом к Бетлехему."

"Почему он вдруг подумал о нем? Это всё Йейтс со своей мистической анархией.

«Прибой окрашен кровью, и всюду невинности утоплен ритуал…»[9]

На какой-то миг Хьюстон представил себя снова у доски в учебной аудитории, читающим стихи своим студентам и пытающимся увлечь их безумными виденьями Йейтса. Как же он любил такие моменты, когда он целиком растворялся в словах! Возбуждал себя и других их музыкой и силой.

«Стоп! Сосредоточься!» – приказал себе Хьюстон. Он плотно зажмурил глаза и потряс головой, как пьяница, пытающийся очухаться. «Томаса Хьюстона больше нет.

Преподаватель умер. Писатель умер. Слова, музыка и все его истории мертвы. Осталась только сила. Сила мертвеца».

И перевел потяжелевший взгляд на ангар. «Он окажется заперт». Конечно, все строения окажутся запертыми. Теперь ничего не будет происходить легко, само собой. Да и не должно. Теперь все будет даваться с трудом. И все будет причинять ему боль. Уже причиняет…

Ему нужен какой-нибудь металлический инструмент. Достаточно прочный, чтобы им можно было взломать замок или расколоть доски вокруг дверного засова.

Хьюстон находился слишком далеко от ангара, чтобы понять, на что именно закрывалась дверь. Поэтому предположил худшее. Ему нужна была монтировка. Он не мог громко ударять, бить или колотить. Эти звуки барабанным эхом разнеслись бы по округе.

Слева от него, всего в четверти мили на юг, лежал городок Брэдли. Беглец обошел его, прячась в зарослях деревьев. Может, рискнуть, вернуться назад и оценить возможности? «Ты должен рискнуть.