– Что ты сказал, недомерок?! – взбеленился дюжий швейцарец и, схватив Ивана за шею, начал пригибать его своим весом к столу, одновременно разворачивая к себе.
Дальше все произошло очень быстро. Согнутый Иван чуть приподнялся над стулом, ухватил его за сиденье, после чего стул резко опрокинулся назад, а его передняя ножка задралась вверх, где и встретилась со всего маха с промежностью агрессора. Здоровяк издал эдакий полувсхлип и, схватившись за поврежденную часть тела, со стоном согнулся пополам. Иван же вдобавок к этому резко распрямился, со всего маху врезав еще макушкой в наклонившееся лицо швейцарца.
В результате тот грохнулся на пол, где и остался лежать, свернувшись калачиком, подвывая и баюкая больное место.
На какой-то миг в пабе повисла тишина, после чего собутыльники нападавшего вскочили из-за стола и стали выбираться в проход, где уже стояли оба собровца. Но время было упущено. К месту конфликта уже подскочили двое дюжих ребят с резиновыми палками по типу полицейских на поясах, и буквально через несколько минут вся пьяная компания была выдворена из заведения, а на столе друзей появилась запотевшая литровая бутылка «Белуги» от администрации паба – в качестве компенсации за причиненные неудобства.
– Так на чем мы с вами остановились, Иосиф Маркович? – абсолютно спокойно, словно ничего и не произошло, спросил Сергей.
– На подписании контракта, аналогичного тому, что вы подписали с Абрикосовым, – промямлил вновь ошарашенный Иосиф Маркович.
– Извините, Иосиф Маркович, но вынужден вас разочаровать.
Мы не можем подписать с вами контракт на таких же условиях.
– Но почему? – удивился адвокат.
– Почему, почему… По кочану! – буркнул Иван, прикладывая к голове смоченную водкой салфетку.
– Иосиф Маркович, а вы не просветите нас поподробнее, из-за чего возник тот конфликт, в котором ваш Яша убил племянника Безарта?
– Я что-то не пойму… Какое отношение это имеет к нашему вопросу?
– Да самое прямое, старый ты лис! – рыкнул Дикий, морщась от боли.
– Да как вы… – вскинулся было на него Иосиф Маркович и замер на полуслове.
Сейчас перед ним сидел совсем не тот человек, что совсем недавно вошел в паб. Куда-то делся тот хамоватый разгильдяй, который своими выходками постоянно сбивал его с настроя и с мысли. Сейчас перед Иосифом Марковичем сидел тот же боец, которого он недавно видел в «Рубиконе» – жесткий, собранный и какой-то… неотвратимый, что ли."
"– Вот это правильно, Маркыч, помолчи, а я за тебя расскажу. Твой племянник Яша тебе жизнь спас.
