Потом поднялся, достал пистолет и пошел «делать контроль», деловито стреляя всем лежащим в головы.
Вот тут Вадима и накрыло! Его долго, очень долго рвало. Казалось, что это длится целую вечность. Даже когда желудок был уже абсолютно пуст, организм упорно пытался продолжить экзекуцию.
Когда он пришел в себя, парни сидели на недогруженных ящиках и тихонько что-то обсуждали, изредка бросая взгляды в его сторону. Вадим достал фляжку, умылся и прополоскал рот, после чего поднялся и пошел к своим, теперь уже боевым товарищам.
Спустившись с холма, Жариков присел на ящик рядом с парнями.
– Что, Вадя, скрутило? – участливо спросил Дикий. – Хотя ты ж вроде как охотник, к крови уж должен и попривыкнуть.
– Я-то охотник, – сквозь зубы процедил Жариков, – да только здесь не зверь, здесь люди. И одно дело, когда бой: тут или ты, или тебя. – Он сделал паузу, словно собираясь с духом. – А когда вот так… походя… А вдруг кто живой? Как же раненого-то добивать? Не дело это, мужики.
Не дело.
На минуту между тремя товарищами повисла напряженная тишина.
– Это ты верно подметил, Вадик.
К удивлению охотника, ответил ему Сергей. Дикий же сидел молча, не спуская глаз со своего сектора наблюдения. Еще спускаясь с холма, Вадим обратил внимание, что его новые знакомые сели друг напротив друга – так, чтобы контролировать подходы. И настолько естественно и непринужденно это было сделано, что со стороны могло показаться, будто парни просто отдыхают, беспечно болтая меж собой.
– Нельзя людей вот так, как ты выразился, походя. Да и вообще никак нельзя. Но то людей, а вот отморозков можно и даже нужно! – Конан чуть повысил голос, акцентируясь на слове «нужно». – Ты вот давеча про деда своего рассказывал, как он героически языков брал. А скажи, Вадик, дедушка не рассказывал, что они с ранеными фрицами делали? Небось, перевязывали да на своем горбу через линию фронта в медсанбат перли? Так, да?
– Эк ты сравнил! – несколько растерянно воскликнул Жариков.
– Там другое дело, там война!
– Вот именно! Там, брат Вадик, война! Там всякие конвенции действуют, защита прав человека и всяческие другие «бла-бла-бла». А здесь – бандюки. Отморозь.
– Пойду-ка я, Конан, тачанку нашу подгоню, – перебил речь Сергея Дикий.
– Давай, Вань. Только кругаля дунь и метрах в ста поставь. Вон туда, в распадочек между холмиками.
– Добро. Ты с гавриками сам или подсобить?
– Не. Думаю, сам справлюсь.
