Два красавчика и Я

— я испуганно вжимаюсь в диван, а он резко замолкает. И с протяжным вздохом прикрывает глаза, — да еперный театр, Анна...какого фига ты меня так боишься? Или что это был за взгляд?

У меня почему-то горят щеки. Ну и сердце действительно испуганно и как-то невпопад бьется, после слов “раздеть и закинуть в ванну”. Я неопределенно мотаю головой. Вроде бы и ответила, а вроде и...

Мирослав закатывает глаза, а потом со стоном прячет лицо в руках. И сидит так, опираясь локтями на колени.

— Господи, как с тобой иногда тяжко, — слышу я его усталый голос, — слушай, Анна, я притащил тебя сюда не для того, чтобы домогаться.

Ты сидишь и трясешься от холода. Мне, блин, тебя просто жалко! — от отнимает руки от лица и смотрит на меня, — ты можешь хотя бы просто свалить в ванну и переодеться?

Напряжение немного отпускает меня после его слов, но все же...не то, чтобы я о домогательствах беспокоилась, а немножко о другом. Дискомфорт был из-за того, что мы с Мирославом не сильно-то знакомы. И мы были людьми абсолютно разных кругов.

Общий язык мы найти никак не смогли бы. И дружить тем более не смогли бы... поэтому мне казалось все неправильным и каким-то фальшивым. И вроде бы нотки заботы, промелькнувшие в его голосе, тоже настораживали.

С чего бы ему заботиться обо мне и переживать? Тащиться под дождем? Я просто обычная девушка, без модельной фигуры, и особым умом не отличаюсь. У меня нет практически ничего, кроме трудолюбия и прилежности.

А у Мирослава есть всё. В общем, пропасть между нами просто огромна.

— У меня нет с собой сухой одежды,— тихо говорю я.

— Я кинул туда свою футболку и джинсы моей сестры. Они новые. Рита просто оставила пакет с ними у меня, с тех пор так и не забрала.

Ладно. Я же могу просто пойти и переодеться? Меня действительно иногда по-прежнему пробивает дрожь, несмотря на то, что сидим мы в теплом помещении.

Я поднимаюсь с дивана, делаю шаг, и меня почему-то ведет в сторону. Пол будто уезжает из-под моих ног, а стены крутятся вокруг. И не успеваю я испугаться, поняв, что падаю, как меня внезапно подхватывает Мирослав.

Ой. Я закрываю глаза и тру их рукой, пытаясь прогнать головокружение. Парень поддерживает меня под спину, приобнимая.

— Анна?

— Я в порядке, — сообщаю не совсем уверенно я, — голова закружилась.

— Я заметил. Слушай, птичка, может, позвонишь кому надо завтра? Просто иди переоденься и ложись спать.

Я открываю глаза и мы с Мирославом встречаемся взглядами. Черт. Почему он так странно на меня действует? Будто какой-то магнит.