Два красавчика и Я

Ну и жрачка у них ниче так.

Кажется, алкоголь на голодный желудок — это была не самая лучшая идея. Я уже чувствую, как меня начинает мягко окутывать легкость. Приятная, не безумная, как это бывает, когда перепьешь, а такая, когда тебе становится просто уютно, будто ты в своей тарелке.

Поэтому я срочно заказываю что-нибудь перекусить.

И пока мы поедаем какие-то хрустящие шарики с расплавленным сыром внутри, обсуждая алкоголь, тот караоке-бар неподалеку, и ситуацию с Кристофом, я думаю.

Оказывается, как просто устроить достаточно приятное для меня свидание — и не нужно никаких картинных галерей. Обычный бар или паб, болтовня ни о чем, еда и напитки.

— Три часа пялились на картины? — усмехается Мирослав, выслушав мою историю.

— Угу. Ненавижу все эти выставки.

— Лучше где-нибудь выпить, да?

— Ага. Намекаешь, что я ограниченная?

— Да боже, — Мирослав издает короткий смешок, — нет, птичка.

Или мы оба ограниченные. Я сам терпеть не могу такой досуг. Что там делать? Все равно, что устраивать первое свидание на рок-концерте. Вместо того, чтобы смотреть друг на друга и знакомиться ближе, ты смотришь на сцену. Или на картины. Простое кафе всегда выигрышнее. Мне кажется, если собрать статистику из пар, которые свидания проводили в кафе, и пар, которые ходили на выставки или в кино, то окажется, что первые лучше и быстрее узнают друг друга.

— Звучит правдиво, — улыбаюсь я.

Улыбка, впрочем, сама то и дело появляется на моем лице. Хорошая вещь — текила. И пока я пялюсь на Мирослава, отмечая, что не могу убрать эту дурацкое выражение, на его лице тоже расплывается ухмылка. А потом плечи начинают подрагивать в тихом смехе.

— Птичка, зря я тебя напоил.

— Почему? — фыркаю я.

— Потому что ты снова почти в неадеквате.

— Неправда, я…

Я хочу было сказать, что мне просто хорошо, как вдруг за нашими спинами раздается голос.

Чей это голос — я сразу понимаю, поэтому тут же покрываюсь мурашками от осознания, что мне, кажись, конец!

— Тошнит ее, значит, да, Мирослав?

Я вижу, как лицо парня меняется. Он обреченно закатывает глаза, и до меня доносится протяжный вздох. А потом я поворачиваюсь и встречаюсь с насмешливым взглядом своего начальника.