Два лика Ирэн (СИ)

Успокаивал себя капитан тем, что он слишком мелкая сошка, чтобы король помнил о его существовании, да ещё и мстил ему. Похоже, или лорд Беррит, или его дочь вызвали гнев короля. И это лорду Стенли не нравилось. Он очень опасался, что его долг перед королем и его личная симпатия к леди Ирэн вступят в противоречие. Ему оставалось только молиться, чтобы леди уцелела после королевских милостей."

"Глядя на неё, он понимал, какой хочет видеть свою жену.

Эта женщина казалась ему просто образцом истиной леди и хозяйки. Умна, удивительно красива и добра, ласкова с прислугой, которая её обожает, хозяйственна и практична. Это одно говорило барону о многом. В своих странствиях лорд не раз встречал симпатичных, даже очаровательных хозяек замков и земель, которые пускали в ход хлыст и оплеухи, не задумываясь. Такие дамы всегда вызывали у него отвращение. Увы, титул графини и её земли стояли непреодолимой преградой между ними.

Лорд Стенли надеялся, что ему не кажется, и леди Ирэн действительно несколько выделяет его взглядом, но это и всё, на что барон мог рассчитывать. Возможно, будь он чуть настойчивее… Барон нахмурился, недостойно даже думать об этом! Но про себя он точно знал – он сделает, что сможет, чтобы помочь леди. Он же не дурак и, хотя его не посвящали в дела графства, видел, как долго отец обсуждал с дочерью подписанные у короля бумаги.

Что-то их смущало в этом договоре.

Утром карету лорда Беррита встречали во дворе гвардейцы короля. Капитан де Аркур подал леди Ирэн руку, помог выйти из кареты и уже совсем было собрался освободить королевский двор от своего присутствия, поскольку дожидаться лордов охрана должна была вне двора, как почти незнакомый ему дворцовый капитан сказал:

— Капитан де Аркур, его величество отдал приказ.

Вы должны сопровождать лорда Беррита и графиню Моройскую лично.

Это было неожиданно, неправильно, тревожно… Капитан де Аркур склонил голову в знак повиновения и последовал за гвардейцем.

Всё, что произошло далее, напоминало дурной фарс. Их привели к домашней церкви короля. У открытых дверей толпились придворные. Как ни странно, но все высшие чины государства были здесь.