– Хорошо, Поля, не буду!
– Тем более, я с Тимофеем уже говорила. Тимофей обещал всё-всё-всё исправить. Правда, Тимофей? – с нажимом произнесла Полина.
Блядский потрох!
Я с мачехой, которая старше меня всего на несколько лет, не так часто общался.
Но сейчас Полина намекает, что разрулит за меня ситуацию, если я соглашусь, что хотел всё исправить.
Да не хочу я ничего исправлять! Сделанное уже не исправить!
Когда я узнал, что моя невеста Ната мне изменяет, я разозлился. Месть не заставила себя долго ждать.
Ната в это время жарила булки в солярии или кто-то жарил её…Не важно!
Я сделал всего один звонок. Через полчаса к стоянке автомобилей подогнали бетономешалку. Выбив окно в дорогом автомобиле, мы установили в него жёлоб. По этому жёлобу весь салон красного порше залило отменным жидким бетоном! И, как вишенку на торт, я воткнул в застывающий бетон обручальное кольцо. Я не жадный. Нужна дорогая цацка? Пусть Ната выколупывает его из бетона!
Ната нажаловалась своему папаше, Кутукову Василию.
У Василия были тесные деловые связи с моим отцом. Так что новость всё же добралась до моего отца. Если бы папаша сейчас был не на райских островах, не миновать бы мне слюней, брызгающих в лицо.
– Полина Геннадьевна, мы с вами всё обсудили. Я подумал и едва голову не сломал! – осторожно ответил я. – Боюсь, исправить сделанное невозможно. Порше не восстановить.
– Купишь Наталье Кутуковой новый порше! – рявкнул отец, ехидно добавив. – За свои деньги. Я тебе ни копейки не дам.
И это ещё не всё!
Я замер, ожидая, какое дополнительное безумное требование выкатит мой папаня.
– Но это я оставлю на потом. Прилечу, узнаешь! – ровным голосом закончил отец. – Всё, отбой!
Что ещё придумал мой сумасбродный папаша? Я потоптался по комнате. На фотографию Наты даже смотреть не хотелось. Купить ей новый красный порше? Ага, уже бегу смотреть модельный ряд автомобилей, выпущенных в этом году! Порше, блять! Не купить ли Нате пробки для рта, вагины и ануса? Причём такие, чтобы всунуть – всунул, а обратно уже не высунуть?
Злиться можно было долго.
С каждой минутой пребывания в доме, злость душила меня всё сильнее и сильнее.
А ещё телефон подозрительно молчал. Странно!
Матвей, судя по всему, был решительно настроен вытащить меня за шиворот, чтобы я немного развеялся. Матвей очень настойчивый. Если он решил что-то сделать, он будет это делать, как бы ты ни отпинывал его.
Прилипала!
Но потом я задумался.
