Ты ещё не трудишься на меня официально, а уже мнишь себя незаменимой? Амбиции, однако!
– Извините."
"Я поправила принадлежности на столе и начала собирать свою сумочку, а потом вдруг набралась смелости и спросила, глядя на Самсонова:
– Михаил Петрович, а почему вы меня опекаете?
Повисла неловкая пауза. Самсонов удивлённо вытаращил на меня свои глаза:
– Кто тебя опекает? Я? Деточка, да у тебя жар!
– Нет, вы меня не так поняли, Михаил Петрович. В договоре на обучение стоит ваша фамилия и инициалы. Вы оплачиваете мою учёбу в университете уже не первый год.
Я должна учиться на «отлично», вот я и учусь. И даже место практики для меня заранее было определено. Вами.
Я чувствовала себя очень глупо и неловко, теребя ремешок сумки. Самсонов пожевал губу, посмотрел на меня.
– Я общалась не с вами, только с вашим представителем, Егором Тихоновым, – едва слышно сказала я. – Именно он сообщил мне, что за мою учёбу заплатили.
– Аааа! Тихонов! Вот с этого и надо было начинать! – довольно рассмеялся Самсонов и тут же оборвал смех.
– Значит так! Во-первых, я надеюсь, что ты, деточка, не успела вообразить себе сказочку в голове. Во-вторых, не стоит надеяться, что я буду всю жизнь тянуть тебя на своём горбу! У меня своих оболтусов хватает!
– Спасибо! Но зачем вы это делаете? – настойчиво повторила я.
– Зачем-зачем?! – всплеснул руками Самсонов. – Затем, де-точка, что люди моего статуса просто обязаны быть великодушными, делиться нажитыми потом и кровью деньгами со всякими неблагополучными, обделёнными, несчастными или просто тунеядцами! Благотворительность в моём кругу – это нечто само собой разумеющееся.
Как мыть руки после посещения туалета. Кто-то дом престарелых снабжает, кто-то онкобольным помогает. Я сиротам детдомовским помогаю в жизни устроиться. Даю возможность сделать шаг в светлое будущее, так сказать! – Самсонов задумался. – Кажется, именно так Тихонов расписывал это.
Я кивнула и поправила сумочку, ожидая, что ещё скажет Самсонов.
– Ты почему ещё здесь, практикантка? Воздух отравляешь в моём офисе! Не только вирусами, но и бредовыми фантазиями.
– Я ничего не…
– Знаю я, как вы, сироты, «ничего не…» – передразнил меня Самсонов. – Так что выкинь этот мусор из своей головы, ясно?!
Я, словно пришибленная, двинулась на выход, но меня остановил грозный оклик Самсонова.
– Постой. Знаешь, кто твои родители?
– Знаю, – ответила я.
– Надеюсь, что твоя мама не работала где-нибудь в стрипухе?
Я возмущённо посмотрела на Самсонова.
