Два семестра волшебства (СИ)

Ирвин оглядел своих студентов, прочёл на лице воздушника Джейсона Стэнтона готовность действовать и кивнул — вперёд, мол. Тот раскрыл ладонь и додал силы к магическому действию выскочки. Она же строго взглянула на Ирвина — и тот присоединился.

Выскочка затаила дыхание, что-то сделала… и чёртово пятно исчезло! Как будто и не было!

— Получилось, — восхищённо пробормотал кто-то из оставшихся в наблюдателях студентов.

— Получилось, — кивнула выскочка. — Теперь потолок. Нам понадобится усилие большей мощности, понимаете? Примерно… — она внимательно осмотрела щели и углы, — в семь с половиной раз.

В семь с половиной? Это ещё что такое?

— И как вы высчитаете эти семь с половиной? — Ирвин глянул на него с интересом.

— А что в этом особенного? — она смотрела непонимающе.

Как же, как же, все так делают. Он ей что, машина, чтобы выдавать заклинания точно рассчитанной мощности?

— Как вам сказать, — усмехнулся он. — Хорошо, я постараюсь.

В семь с половиной раз больше? Ну ок.

Последовательность оказалась той же самой — сначала она, потом Стэнтон, потом Ирвин.

— У нас получилось, да? — захотелось посмеяться. — Все живы, я надеюсь?

Подскочил на ноги, поднял за подмышки возившуюся выскочку, глянул вниз — студент тоже встал на ноги и поднимался наверх.

— Я кому сказала — семь с половиной? — поинтересовалась выскочка. — Вы не отличаете семь от семнадцати?

Чему их там учат, этих артефакторов?

— Но получилось же, да? Вы не ушиблись?

Она пробормотала под нос что-то, очень похожее на «не ваше дело».

— Показывайте рубашку.

Молниеносно расстегнул запонки на рукавах, а потом и пуговицы, и под усмешки студентов медленно снял. Ну а что, ему стесняться нечего, он объективно хорош.

Правда, выскочка смотрела, сощурившись, того и гляди, укусит.

— А сейчас так же, как в первый раз. Всем ясно?

Ясно было всем, они взялись… и сделали.

Уж конечно, это была не единственная ирвиновская рубашка, но в чистом жить всяко приятнее, чем в нечистом.

— Я полагаю, теперь вы наконец-то оденетесь, — прошипела выскочка и сверкнула на него глазами.

— Непременно. Благодарю вас, о несравненная госпожа Донован, без вашей помощи мы не одолели бы этого коварного и упорного врага, — он поклонился, не выпуская рубашки из рук.

Она молча кивнула, развернулась и пошла себе — стуча каблучками по полу.