Два семестра волшебства (СИ)

— Сейчас свяжусь, — кивнула Айлинн и вышла в коридор.

Связалась с целителями, и ей тут же пообещали, что непременно прибудут. И впрямь, портал открыли мгновенно, и из него вышел тот самый парень, который забирал пострадавшего Джека. Пострадавший Джек шёл следом, и его рука была забинтована. Айлинн пригласила обоих проходить.

Внутри, оказалось, только её и ждали, и профессор Лэнгли кивнул — рассказывайте уже, госпожа Донован. Она и рассказала — с начала, то есть со звонка госпожи Молл. Та вклинилась и объяснила, что не смогла дозвониться в деканат — никого не было, поэтому начала звонить по всем кафедрам факультета.

— Бакстон? — спросил профессор Лэнгли.

— Госпожа Донован исчерпывающе описала все случившееся, мне добавить нечего, — произнёс он совершенно ровно и безэмоционально.

Надо же, какие слова-то знает! Исчерпывающе!

Дальше говорил парень-целитель — магический укус, без целительского вмешательства не зажило бы.

— Леди Горэй? — глянул на некромантку профессор Лэнгли.

Профессор Горэй взглянула на своих — преподавателя и студентку, и такой там был взгляд, что Айлинн захотелось убежать и спрятаться.

— Профессор Сазерленд, вы куратор госпожи Форс. Вы должны были разъяснить ей опасность подобных действий. Ваше решение?

— Госпожа Форс развоплотит своё создание, — произнёс тот бесстрастно. — И принесёт извинения пострадавшим. И примет участие в ремонте, или уборке, или что там ещё нужно сделать.

Девочка Уна, так и не выпустившая из рук своё маленькое чудовище, сжала губы, а по лицу её снова потекли слёзы.

И тут Бакстон, до того момента подпиравший стену, скрестив руки на груди, зашевелился и встряхнулся.

— И как же в таком случае профессор Сазерленд компенсирует госпоже Форс отсутствие этого, гм, создания? Ведь госпожа Форс очевидно привязана к нему, и отчего-то за первые недели в академии не завела себе никакой другой привязанности?

Ирвин уже понял, что свалял дурака, но легче ему от того не становилось.

Была у него такая особенность — торопиться, и в делах служебных он долго получал по башке, пока отучился спешить, и развил в себе то необходимое чутьё, без которого на службе делать нечего. А в делах любовных вроде и нужды не было — потому что подмигнул, улыбнулся, получил ответную улыбку, вызвал на разговор, а дальше уже всё само собой пойдёт.

Так вот, не пойдёт. Или пойдёт но не туда, куда нужно, а крысе подвальной в задницу. Как и вышло.