Два шага к тебе

– Не придушит, – еще шире усмехнулся Адриан, а потом вдруг плотно обхватил Ри за талию, зафиксировал так, чтобы не смогла вырваться, и поторопил друга: – Беги, пока держу.

Дэм действительно сбежал, громко смеясь и подначивая сестру.

А Ри как будто застыла вся."

"Адриан держал крепко, распластав ладони по спине и бокам девчонки. Потому что сама Ри была и вправду малышкой, а руки у Адамиди – огромные.

– Пусти! – потребовала Ри, но так и не посмотрела в глаза мужчине.

А вот Адриан вдруг понял: не посмотрит на него – он просто сдохнет.

Молчаливая борьба длилась всего пару секунд. Ри наконец подняла свои глаза на Адриана. И тот повиновался ее просьбе. Убрал руки. На всякий случай, для верности, спрятал их глубже в карманы и сжал в кулаки.

И как удалось? Сам не понимал. Тяжко. Невероятно сложно. Но смог.

А Ри моментально умчалась на поиски брата.

Адриан чувствовал, как горит кожа на ладонях. Как будто все еще чувствует тонкие косточки под своими пальцами.

Безумие сплошное! Нет, долго не протянет он так.

* * *Ужин шел, как обычно. За одним исключением, Ри почти сразу же убежала к себе.

Адриан с трудом проглотил досаду. Ведь хотел подольше побыть рядом с ней. А она, как назло, исчезает.

Но не бежать же за девчонкой? Да и что он скажет, какой предлог придумает, чтобы объяснить родным свой внезапный интерес к Ри?

Отговорка нашлась сразу же. Адриан мысленно отвесил себе подзатыльник.

После десерта Адриан тактично свалил из уютной гостиной. Никто из близких не придал значение его исчезновению. Ушел, и ушел. Все были заняты обсуждением появления новорожденного малыша в их дружной семье и здоровьем Анисии.

И у Ада появилась возможность незаметно удалиться и отправиться в комнату Ри. Он прекрасно знал, где ее спальня. Сто раз проходил мимо, а вот ни разу не заглядывал.

Адамиди четко осознавал, что зря он ходил по грани, еще и в доме родителей Ри. Провоцировал собственную выдержку и силу воли. Будто с огнем играл.

Однако сейчас, как никогда, был солидарен с мужчинами рода Адамиди. Раньше он не особо придавал значение поступкам или поведению отца и дяди. Видел, как они привязаны к своим половинам и зависят от них. Видел, как отец дуреет по маме, как искрятся его глаза, стоит ей войти в комнату.