– Вот ты где! – довольно воскликнул он, – А ну, подвиньтесь!
– Земеля! Какими судьбами?! Тебя от Нест отлучили, раз к нам припёрся? Или сожрал там всё подчистую? Как нашёл-то в этом бедламе?
– Легко, Берец! Легко! Подходил к кострам и спрашивал: ""Этого Заразу не видели?"". И, заметь! Никто не переспросил, кого имею ввиду! Все сразу пальцем тыкали, куда идти! Меняй имидж пока непоздно! В Нест всё хорошо – душевно налакались, только чувствую, что нескоро так просто с тобой посидеть получится, вот и решил не упускать момент.
– Правильно сделал, дружище! – хлопнул я его по плечу, – Кстати! Что за балалайка у тебя за плечами?
– Вурта. – пояснила за него Селла, – Я слышала от Агги, что ты на ней умеешь играть.
– Для того и принёс, чтобы устроить “культурную программу”. – кивнул ей Юрка.
Потом взял инструмент в руки и запел такую знакомую, слегка переделанную песню, которая как нельзя лучше подходила к нашему застолью:
– ""Изгибы вурты лёгкой ты обнимаешь нежно.
Струна осколком эха пронзит тугую высь.
Качнётся купол неба большой и звёздно-снежный.
Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались…""
Мы слушали, растворяясь в звоне струн и сильном голосе моего друга, боясь пошевелиться. Внезапно наступило такое единение душ у всех, находившихся у костра, что, казалось, будто сами Сёстры спустились к нам, чтобы соединить наши судьбы и сберечь тепло сегодняшнего костра в сердце.
Ещё долго после окончания песни мы молчали, уставившись, кто на огонь, а кто на звёздное небо над головой.
– Тень… – первой не выдержала Махха, утирая слёзы, – Это колдовство? Да? Мне так хорошо и светло давно не было.
– Опять ""колдовство"". – недовольно сказал Юра, – Хотя… Да! Хочешь тоже так играть?
Хозяйка Фаль резко вскочила и подбежала к нему, с жаром произнеся:
– Конечно! Ещё спрашиваешь?! Пусть и колдовство, но очень хочу!
– Тогда держи! – протянул он ей вурту, – Потри по струнам тряпочкой и приговаривай: ""Что мешает танцору, то помогает певцу""! Три раза громко произнеси!
Я уткнулся в кружку, сжав её край зубами, чтобы не заржать, ""спалив"" розыгрыш друга.
Махха жадно взяла протянутые тряпку и инструмент. Нежно протёрла струны, три раза с восторгом и выражением повторив ""заклинание"". Потом села и, зажмурив глаза, попыталась сыграть. Какофония противных звуков разлилась по округе. Даже стрекочущие ночные жучки и паучки, заткнулись на полуслове, услышав подобное непотребство.
