Два вида страсти

Вы старая, толстая, Влад вам во внуки годится! Мне это слушать-то каково! — Дубровская принялась вытирать глаза кончиками пальцев. Неужели и правда плачет?! — А потом говорит, везите меня обратно. Вы все это устроили, вам и расхлебывать. И дайте, говорит, телефон. Я ей показала дулю. А она принялась меня за руки хватать, да так больно! Как вцепится в меня, кошелка деревенская, чуть не до крови! Я давай ее отталкивать, она не отпускает. Я ее оттолкнула со всей силы… — Дубровская замолчала. В комнате повисла мертвая тишина.

 — Я не знаю, как это произошло, я не хотела… — произнесла Дубровская еле слышно. Только смотрю, нет ее. Я испугалась, конечно, подошла к краю оврага… Смотрю, а она там… Лежит, и шея у нее вывернута, как у неживой. Испугалась я очень, к машине кинулась и по газам. Я не знаю, как это случилось. Я не хотела, — твердила Дубровская как в каком-то бреду.

— А кстати, Ирина Эдуардовна, где вы отсиживались почти два дня, прилетев из Москвы? — Мельников привел Дубровскую в чувство, задав очередной непредсказуемый вопрос.

— В гостинице аэропортовской, — буркнула Дубровская. — Где же еще?

— Прокол номер три, — констатировал Мельников. — Что же вы так топорно состряпали свое алиби, Ирина Эдуардовна?

— Да не нужно мне никакое алиби, — дернула плечом Дубровская. — И не для вас я его стряпала, а для Владюши. Чтобы на меня сразу не подумал. Вы все равно ничего не докажете. У вас и не было бы на меня ничего, если б не этот Марков, однолюб безмозглый! А кто ему, деревенскому алкашу, поверит!

Она внезапно встала и через всю комнату направилась к Владу, не обращая внимания на хрустевшие под подошвами ее туфель осколки стекла.

— Владюша, ну прости меня! — Она остановилась перед Владом, безуспешно пытаясь заглянуть ему в глаза. Он по-прежнему не поднимал головы и ничего не отвечал склонившейся над ним женщине. — Ну не хотела я ее убивать, но вот так вышло, кто же виноват! Ну зачем она тебе, что бы ты с ней делал?! Сколько их таких! А я, я для тебя все, все что захочешь! У меня такие связи, такие возможности… Только не бросай меня, Владюша!

Георгий внезапно вскочил со своего места и, двинувшись было к матери, остановился на полпути.

— Мать, ты чего?! — Он уставился на нее недоумевающими округлившимися глазами, словно до него только сейчас дошел весь смысл произошедшего. — Ты что, правда убила девчонку?! Ты что наделала-то?! И из-за чего?! Из-за этого?!

Он указал на застывшего у кофейного столика Влада.