Два зайца, три сосны

Пересидим, покуда Струков разберется…

— Нет, Ариша, завтра у меня с самого утра очень важная встреча, на которой, может быть, многое прояснится.

— Но у тебя завтра день рождения, и вполне возможно, твои враги захотят преподнести тебе сюрприз…

— Арина, ты начиталась детективов! Короче, завтра вечером я скажу тебе, как обстоят дела. А пока буду предельно осторожен. Извини, мне необходимо позвонить!

Он поднялся к себе в кабинет, плотно прикрыл дверь, достал секретный мобильник и позвонил Струкову. Завтрашнее свидание я не пропущу ни за что, решил он, я не видел ее уже три дня!

Андрей Розанов оказался вполне приятным человеком примерно моего возраста, значит он лет на пять моложе Юльки… И он действительно отлично знал мои романы.

— Не понимаю, с чего вы вдруг взялись их читать? — полюбопытствовала я.

Понимаете, я купил их для Юли, которая боялась даже брать их в руки… Я решил, что надо ей все-таки познакомиться с вашими книгами, ненормально как-то… А она всячески уклонялась. Мне казалось это странным, ну я и взял одну с собой в самолет, когда летел в Екатеринбург.

— Весьма характерно для мужчин, — усмехнулась я.

— Но меня так увлек не столько даже сюжет, сколько атмосфера, в которой существуют ваши герои. И пишете вы здорово. Когда я вернулся, то как подорванный стал читать другие романы. А потом, когда Юля приехала, я сказал ей о своих впечатлениях…

— Обещала прочесть, когда вернется в Италию.

— Даже и не подумает.

— Андрей, простите за прямоту, у вас что, любовь?

— Была любовь, давно, очень сильная и глубокая, но это прошло. У меня, по крайней мере, а Юля не желает этого видеть, не желает это принимать… Причем я когда-то просил ее выйти за меня, настаивал на этом, но при условии, что жить мы будем в Москве. Она категорически отказалась. Я повторял свое предложение, она не желала бросить Италию и мужа.

— А где вы познакомились?

— Я несколько лет жил в Италии, но у меня там ничего не складывалось, и я вернулся в Москву.

— То есть вы хотите сказать, что она давно здесь бывает?

— С двухтысячного года.

— А она говорила вам, что в Москве живут ее мать и сестра?

— Говорила, конечно. Но я не хотел вмешиваться… А тут как-то она увидела вас по телевизору, заволновалась, но сразу звонить не стала, решила сперва придумать легенду…

— Понятно… Знаете, для меня это тяжелый удар.