Два зайца, три сосны

Я не слышала этот голос давным-давно. Это был голос моей старшей сестры.

— Юля, ты? — разом охрипла я.

— Я в Москве, еле нашла твой телефон! Я хочу тебя видеть!

— Нет, и ты не смей! Я хочу видеть тебя и только, я в Москве проездом, уезжаю послезавтра. Олеська, маленькая моя, как же я соскучилась!

— Юлечка, миленькая, ты где? Давай я сейчас приеду, говори адрес! Ты в гостинице? В какой? Боже мой, неужели это ты? Сколько ж мы не виделись? Лет двадцать, нет, больше? Какой ужас!

— Я видела тебя по телевизору… Ты стала такая… совсем другая… И я вдруг поняла, что ты-то ни в чем не виновата, и меня такая тоска охватила.

Ты — писательница… Надо же…

— Юля, говори, куда приехать?

— Нет, Олеська, давай завтра… В два часа можешь?

— Господи, конечно, могу! Но тогда, может, ты ко мне приедешь?

— Нет, это потом, давай встретимся… какой у вас тут хороший ресторан есть? Пообедаем… поговорим… на людях… А то в домашней обстановке мы просто разревемся как две дуры… Олеська, у тебя есть дети?

— У меня сын, Гошка, ему четырнадцать… Такой парень…

— Привези фотографии, ладно? А муж кто?

— А мужа нет, мы развелись…

— И это правильно, сестренка! Господи, как я хочу тебя видеть…

— Юлька, говори, где ты, я сейчас же приеду!

— Нет, у меня завтра утром деловая встреча, я должна выспаться…

— Олеська, не обижайся, я правда не могу… Завтра в два… У тебя есть мобильный телефон?

Я продиктовала номер.

— Я позвоню тебе не позже одиннадцати и скажу, где мы встретимся, договорились?

— Да! Юлька, почему ты не хочешь сказать, где остановилась? Конспирация?

— Да нет, просто я у подруги…

— Ну, ладно, главное, ты в Москве, и мы завтра увидимся!

— Только поклянись, что ей ничего не скажешь!

Вот это да! Юлька в Москве! Сколько ж мы не виделись? Больше двадцати лет… А она так и не простила мать… Интересно, а я бы простила? Наверное, да… Я многое умею прощать… Ах господи, она ни разу не сказала «мы», значит, она одна…

Это был, кажется, восемьдесят четвертый год….

Или восемьдесят второй. Но тогда вышло постановление или вернее негласный указ, о если не запрете, то о максимальном сокращении частных связей с иностранцами. Никто не мог знать, что советская власть скоро прикажет долго жить.

Юлька тогда заканчивала университет, она была красивой, веселой, жизнерадостной… И у нее случился роман с американцем.