Двадцать и один год (СИ)

Я должна взять себя в руки, я должна слушаться разума, должна собраться, должна прежде всего думать о семье. Мой приоритет — это мои дети, их благополучие и их будущее. Именно ради них я должна найти силы двигаться дальше. Без Жени…Как бы это не было больно, как бы у меня не раздиралось все внутри от этого нескончаемого ада.

Стирая слёзы с лица, я встаю с кресла и подхожу к окну. Взгляд мой теряется в ночной тьме за стеклом, где мерцают редкие огни. Я глубоко вздыхаю, пытаясь вдохнуть в себя новую силу и решимость.

Да, моё сердце ещё долго будет болеть по Жене, по всем тем мечтам и надеждам. Но это утопия. У этого нет будущего. Мои дети не должны видеть папу раз в год в тюремной камере. А он видеть как я старею….без него, одна. У нас нет будущего. Это реально конец.

Сердце мое колотится, когда я думаю о том, что надо назначить встречу с Иваном. В голове калейдоскоп мыслей, каждая из которых рисует разные сценарии будущего. Но глубоко в душе я знаю, что не могу сказать "да". Моё сердце по-прежнему принадлежит Жене, и это осознание режет меня изнутри.

Как я могу строить жизнь с Иваном, когда мои мысли и чувства все ещё с тем, кого не могу забыть? Каждый раз, когда пытаюсь представить себе наше с Иваном будущее, перед глазами встаёт образ Жени. Это несправедливо по отношению к Ивану... Он заслуживает большего. Кроме благодарности мне нечего ему предложить…а секс… разве я смогу заниматься с ним сексом. Не любовью, нет. Именно сексом. Выполнять свой супружеский долг. Я даже представить себе не могу чтоб он меня поцеловал. Я при этом ощущаю неприязнь, отторжение.

Мои пальцы дрожат, когда я набираю сообщение Ивану. В глубине души я уже знаю свой ответ на его предложение, но признать это вслух кажется чем-то невыносимым. Каждая клеточка моего тела разрывается в клочья от внутреннего конфликта и терзаний. Часть меня благодарна Ивану за его щедрость и заботу, но другая часть – та, что ещё любит Женю – отчаянно сопротивляется. Я не смогу…А с деньгами? Я просто займу у него денег и верну.

А потом я что-то придумаю. Есть другие издательства. Я отнесу свои книги и туда. Кто-то да согласится взять. Пусть не самые топовые, но все же деньги я найду.

Я знаю, что Иван мог бы предоставить мне и детям стабильность, о которой я только мечтала в последние месяцы. Но как я могу строить своё будущее на основе благодарности и уважения, игнорируя голос своего сердца, который всё ещё зовёт Женю? Кричит, орет, разрывается в немом отчаянном призыве.