Двадцать и один год (СИ)

— Слушай, мы найдём способ забрать этот сейф. И не только его. Нам нужно подумать о том, как вернуть тебе дом. Это же не только твоё наследство, это наследство Леры.

Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от мысли о потерянном доме.

— Ты прав, Иван. Это действительно важно для Леры. Дом, где она выросла... Это часть её жизни. Нам нужно попробовать вернуть его. Если есть хоть малейший шанс, мы должны его использовать.

Иван кивнул, мне казалось он полон решимости.

— Я обещаю тебе, Лена, мы сделаем всё возможное.

Я помогу вам. Мы проконсультируемся с адвокатами, проверим все юридические аспекты. Мы сделаем это правильно, без рисков и с умом.

Я посмотрела на Ивана, мои глаза благодарно сверкали. Я чувствовала, как крепнет моя уверенность в том, что с Иваном мы сможем преодолеть любые трудности.

— Спасибо, Иван, — прошептала я. — Спасибо, что ты рядом. Я не знаю, что бы я делала без тебя.

Иван улыбнулся в ответ, крепко обнимая меня.

В тот момент, когда я наконец начала чувствовать себя немного расслабленнее после всех волнений дня, мой телефон вдруг завибрировал на тумбочке рядом с кроватью.

Это было сообщение, и оно пришло с незнакомого номера.

Сердце ушло в пятки, когда я увидела что написано — это был Дикий, Женя. Он написал: "Алена... я не верю, что это правда! Ты с ним, да? Ты теперь живешь с ним! А как же мы? Как все, что ты говорила мне? Как мои дети? Они назовут его отцом? Алена! Ответь мне! Ты сука! Поняла, кто ты? Ты просто сука!"

Читая эти слова, я ощутила, как по спине пробежал холодок.

Глаза мои наполнились слезами, а руки начали трястись. Сколько сказано…дряни. Сколько боли. Она бескрайняя эта боль, ломает меня. Выкручивает. Как же я хотела его голос услышать…как любимую музыку. Мне кажется, что все мое сердце изрезано. Все в шрамах оставленных именно им. У него своя правда и в этом весь он. Как будто он в какой-то бездне, в своей жизни на дне из которого нет выхода.

Как мог он так думать обо мне? Как мог так говорить?

Я пыталась вздохнуть, пыталась найти в себе силы написать ответ, объяснить, что все не так, как он думает.

Но боль и обида переполняли меня, заставляя с каждой секундой чувствовать себя всё хуже и хуже.

Слёзы катились по моим щекам, когда я, дрожащими пальцами, блокировала и этот номер. Мне нужно было защитить себя, защитить своё сердце от дальнейшей боли.

Сидя в темноте своей комнаты, я плакала, обхватив колени руками. Мне было так больно и так одиноко в этот момент.