Двадцать и один год (СИ)

Нужно было действовать хладнокровно и рассудительно. Пока Ивана нет надо будить детей и уезжать. В другой город. Срочно!

Но прежде, чем я успела собраться с мыслями, я услышала шум за дверью. Она распахнулась и на пороге я увидела Ивана. Он посмотрел сначала на меня, а потом на нож в моих руках. Выдохнул, тихо выругался и вдруг резко достал из-за пояса пистолет.

Темнота в доме была разрезана лишь легкими штрихами света от уличных фонарей, проникающих через редкие щели занавесок. Тишина мрачно давила на уши, когда я стояла перед Иваном, чьё лицо озарялось лишь мерцанием последних лучей заката и настольной лампой.

Иван начал медленно подходить ко мне. Он понимал, что я знаю слишком много, и его обычная харизматичность исчезла, оставив на её месте лишь зловещую ухмылку. Куда только делась вся его учтивость, вся его доброта. Какая чудовищная маска скрывала от меня жадного и паршивого ублюдка, который заманил меня в свои сети.

- Ты зря сюда влезла, Лена, — его голос был холоден и резок. — А могло быть так хорошо.

Мы бы поженились, у нас было бы всё: наследство Артема, мои доходы...

Он сделал паузу, его глаза сверлили меня насквозь.

- Ты действительно мне нравишься, Лена. Это была не игра.

В его голосе звучала мерзкая фальшь якобы сожаления, а я была напряжена как струна, слишком сильно натянутая и готовая в любой момент порваться. Я ощущала, как в воздухе витает опасность, как каждое его слово наполнено потайной угрозой. Мы здесь одни…и он может сделать со мной и с детьми все что угодно.

Убить из этого пистолета…меня, Леру и малышей.

- Но ты всё испортила, — продолжал он, уже почти шепотом, но каждое слово отзывалось в моём сердце ударом. — Теперь придётся действовать по-другому. Теперь все будет очень и очень плохо для тебя.

Я отступила на шаг назад, когда Иван продолжал приближаться, в его руке я видела отблеск металла — пистолет. Настоящий. Мне не показалось. Моё дыхание участилось, и я почувствовала, как страх начал заполнять каждый уголок моего сознания.

Почему он вернулся так быстро…или это я слишком медлила.

- Лучше бы ты не совала свой нос куда не надо! — его голос стал жёстким и холодным. — И теперь не только ты в опасности. Помни о детях, Лена. Помни о них...

Каждое его слово было как удар ножом. Мне становилось труднее дышать, но надо было держать себя в руках. Я чувствовала, как грудь сжимается от страха, как колени слабеют. Я должна была найти выход, должна была защитить свою семью, любой ценой.