Дважды два

 – Наш обед в пятницу прошел напряженно, так что до обсуждения планов на выходные дело не дошло.

– Наши совместные обеды с Дэвидом уже давно стали напряженными. Это мучительно и тяжело. Только тот, кто сам прошел через это, способен понять.

– Зато верное. Я бы ни за что не выкарабкалась, если бы не помощь друзей. С Маргерит и Грейс я говорила по телефону часа два-три в неделю, а поначалу и того больше. Но самое странное – до моего развода я ни с одной из них не была настолько близка. Но они оказались рядом и помогли, когда мне требовалась поддержка.

– Так и есть. Я до сих пор не понимаю, почему они меня поддержали. Видимо, и тебе тоже нужен человек, которому можно выговориться. Странно, а я думала, что опорой для меня станет моя сестра Джесс или Дайэнн, которую я всегда считала самой близкой подругой. Но все сложилось иначе.

– Трудно объяснить. Маргерит и Грейс всегда знали, что и в какой момент нужно сказать в отличие от Джесс и Дайэнн, которые принимались давать советы, когда я слышать их не желала, или допытывались, правильно ли я поступила, когда мне требовались только утешения.

Я невольно задумался о том, на кого могу опереться. На Мардж и Лиз – само собой. Я уже понял, что мама слишком подвержена эмоциям, а отец никогда не знает, что сказать. Что же касается друзей, я вдруг понял – их у меня нет. Разрываясь между работой и семьей с тех пор, как родилась Лондон, я и не заметил, что большинство ростков былой дружбы зачахло на корню.

– Мардж и Лиз очень мне помогли, – сказал я.

– Так я и думала. Мне всегда нравилась Мардж.

Официант принес два бокала вина.

– Обязательно надо произнести тост, – решила она. – За Мардж, Лиз, Маргерит, Грейс, Бодхи и Лондон!

– Я выстояла только благодаря Бодхи. Без него ничего бы не получилось. И Лондон наверняка тебе поможет.

Как только она произнесла эти слова, я понял, что она права.

– Хорошо. Тогда предлагаю включить в список и тебя. Ты очень мне помогла.

– Звони мне в любое время, если понадобится.

Потом я рассказывал ей о Лондон, она мне – о Бодхи, о местах, где побывала за годы, пока не виделись. Наверное, о Вивиан и Дэвиде мы уже наговорились, потому что их имена в разговоре не всплывали ни разу, и впервые с тех пор, как Вивиан ушла, тревога, терзавшая меня, рассеялась.

Принесли бургеры. Мы заказали по второму бокалу вина. Как и предсказывала Эмили, бургер оказался одним из лучших, которые я пробовал, – много сыра, сверху яичница из одного яйца.