Говорят, про нас уже в глобале пишут. И только хорошее. И упоминают юных дважды одарённых героев в одном ряду с названием вверенного вам учебного заведения.
Несколько секунд полковник смотрел на меня недобро, а затем хмыкнул и покачал головой.
— Радуйся, Егоров, что настроение у меня сегодня больно хорошее. Да и прав ты, заслужил похвалу. Молодец. Хорошо вчера показал себя.
— Служу Империи! — твёрдо произнёс я, глядя в его глаза.
Полковник выдержал мой взгляд и одобрительно кивнул. Затем зацепился взглядом за фисташковую шоколадку, которую я держал в руках, ибо в карман она не влезала, а чай с ней попить я не успел.
— Что? — хмыкнул он. — На медосмотр выдернули тебя, когда на свиданье шёл? — Он улыбнулся в усы и засмеялся: — Ух, молодёжь… за одну шоколадку с нормальной девицей тебе ничего не светит!
— Вы правы, господин полковник, — поддержал я его веселье. — Чтоб покорить девушку, достаточно всего лишь доброго слова и улыбки. А шоколадку можно потом на завтрак съесть.
Он перестал смеяться и снова хмуро уставился на меня.
Затем хмыкнул и покачал головой.
— Пусть ты теперь у нас герой корпуса, если узнаю, что нарушаешь устав с какой-нибудь курсанткой, в самом деле отправлю на гауптвахту.
Я про себя усмехнулся. Кадетам нельзя нарушать устав с кадетками, а полковнику с медсестрой можно?
Но, разумеется, в ближайшие два дня заводить здесь какие-то романтические отношения я не собираюсь. Главное для меня сейчас — без проблем получить свой аттестат и двигаться дальше.
Благо, вчера вечером, благодаря планшету с урезанным доступом в глобал, я смог примерно прикинуть свой путь.
— Не беспокойтесь, господин полковник, не узнаете, — ещё раз кивнул я Шульгину и, видя, что он начинает снова заводиться, поспешил сменить тему. — Могу я к вам обратиться с вопросом, который поможет ещё сильнее прославить наш корпус?
— Говори!
— После вчерашнего инцидента нам обещали посодействовать с поступлением в лучшие ВУЗы страны…
— Если они связаны с военным делом, — поправил меня Шульгин.
— Есть такое распоряжение. И?
— Я хочу поступить Московскую Академию управленческого дела, — произнёс я, глядя ему прямо в глаза.
Полковник замер на миг, а затем яростно выпалил:
— В МАУД⁈ Ты так-то не наглей! Думаешь, тебя кто-то ждёт в ней с распростёртыми объятиями, а⁈ И вообще, с военным делом она никак не связана!"
"— Там есть военные кафедры, — спокойно парировал я. — В том числе и для дважды одарённых.
