— Ну, выбирай, какую машину будешь ломать? — обратился он ко мне.
Я молча уселся в Волгу. Один из водителей тут же уселся рядом со мной на пассажирское сиденье и неожиданно приободрил меня:
— Не ссы, парень, смелость города берет, в случае чего я подстрахую, ты только не газуй сильно.
Я подергал ручной тормоз, все ясно, что есть, что нет. Ключ зажигания был в замке.
— Заводили сегодня? — спросил я на всякий случай. Водитель отрицательно качнул головой. Я до отказа вытянул подсос, завел двигатель. На удивление, он схватился сразу, чего я от этого старья не ожидал.
Подождав пару минут, убавил обороты и аккуратно выехал задним ходом из гаража. Там остановился и, открыв дверь, спросил у Никулина
— Куда поедем?
Тот, заинтересованно смотря на меня, сказал:
— Не надо никуда ехать, и так все понятно. Ну, на всякий случай, загони машину обратно в гараж, вон туда между буханками.
Я вышел из машины и посмотрел, куда меня просят ее поставить, и мысленно поежился.
— Однако, Никулин, мужик! Не боится экспериментов, — решил я и снова уселся за руль.
Заезжать в получившуюся нишу нужно было задом. Иначе после заезда двери не удалось бы открыть с обеих сторон. Я проехал немного вперед, и маневрируя задним ходом подъехал к нужному месту и затем аккуратно втиснулся между УАЗами, так, чтобы можно было выбраться из машины.
— Охренеть, не встать, — сообщил раскрасневшийся Борис Ефремович, после того, как я вылез из кабины и подошел к нему. — Может, ты нам еще покажешь, как на шестьдесят шестом надо рассекать?
— Ефремыч, хорош, не заводись! — предупредил его водитель, садившийся со мной в машину.
— В тот раз Урал танком из кювета вытаскивали. Как бы сейчас снова не пришлось его с консервации снимать.
— Брось Серега! Ты видел, как пацан волжанку загнал? Повторить сможешь? — отмахнулся от него разошедшийся механик.
Я мысленно усмехнулся.
— Может сможет, а может, и нет. Ну, нет сейчас надобности в такой парковке. Машин мало, их можно ставить, где хочешь. Никто и не парится.
Водитель Серега ничего не сказал и с мрачной рожей отошел в сторону.
Я забрался в шишигу, на этот раз на место инструктора сел сам Никулин.
— Давай заводи, выезжай из гаража, на пустыре прокатимся, оценим твое умение, — сказал он.
— По пустырю, так пустырю, — подумал я. — Это тебе не форсировать разлившуюся реку в полтора два метра глубиной, или по лесным колдобоинам шарахаться.
Когда под боком заработал мощный мотор, настроение резко скакнуло вверх.
