Увидев меня, он демонстративно взглянул на часы, лежавшие у него на ладони, после чего закрыл крышку и убрал их в карман.
Я выскочил из машины и хотел, было, рапортовать, но не успел.
— Смиррна,- скомандовал толстяк. Я вытянулся, боясь лишний раз вздохнуть.
Климов. нахмурив брови, задумчиво обошел вокруг меня."
"Затем, подойдя вплотную, подергал за пряжку поясного ремня. Та, начищенная с утра, сверкала под лучами утреннего солнца, точно также сверкали яловые сапоги.
— Вольно!- скомандовал офицер. — Умеют ведь, чертяки, когда захотят, — сказал он в никуда.
Я ощутимо расслабился. Но это был еще не конец.
Климов подошел к машине. С невозмутимым лицом поглядел на свежевыкрашенные колеса с белыми ободками.
— Открой капот! — приказал он, извлекая из кармана белый платок.
Я быстро выполнил приказ и вновь встал по стойке «Вольно».
Подполковник провел платком по головке блока цилиндров. После чего удивленно начал разглядывать, оставшуюся белой, материю.
Ткнув еще в паре мест, он приказал закрыть капот, и опустить задний борт.
После того, как с надеждой заглянув туда, не нашел к чему придраться, он скомандовал мне.
— Садись в машину, едем в комендатуру, надеюсь,адрес знаешь?
— Так точно, товарищ подполковник, знаю, — браво доложил я и, усевшись за руль, завел двигатель. В голове царило полное уныние.
— Это что, он так каждый день меня проверять будет! — билась в мозгах единственная мысль. — Я же чокнусь от такого контроля.
Утешало одно, мой предшественник Вася Грищенко ведь как-то дослужил до дембеля.
Я уже хотел нажать на газ, когда Климов сообщил:
— Еще минуту погоди.
Через эту минуту дверь подъезда распахнулась и оттуда выбежала симпатичная, немного полная, девушка. В руках у нее был портфель.
Она открыла заднюю дверь и, усевшись на сиденье, поздоровалась со мной.
В животе ощутимо похолодело. Эту девицу я знал. Последние полгода она частенько заходила в бар в компании подружек и беззастенчиво клеила меня.
Она ничего больше не сказала, но пока мы ехали до университета, куда ее приказал отвезти отец, в зеркале я видел ее довольное лицо.
Пока мы ехали до комендатуры, я успел придти в себя и размышлял, чем для меня может грозить такое знакомство. И пришел к выводу, что пока особо ничем.
Высокие металлические ворота распахнулись сразу, как только я просигналил.
Стоило подполковнику опустить ногу на землю, как к нам уже бежал старлей с повязкой «дежурный по комендатуре» и орал: — Смирна.
