Две хозяйки одного замка

Свертки тут же оказались у него в руках. Несмотря на скромные размеры — довольно увесистые. Обернуты в скользящий шелк. Медленно, соблюдая предельную осторожность, Лайон развернул один из них. И нахмурился.

Внутри обнаружилась горсть золотистых крупинок, похожих на мутный янтарь. Для незнающего человека — ничего особенного. Но… в ушах сам собой зазвучал голос старого управляющего, у которого молодой человек обучался столько лет.

…едва ли ты когда-нибудь увидишь его вживую. «Поцелуй мертвеца» в нашем королевстве строжайше запрещен.

Как-то в былые времена, с его помощью отравили почти всю королевскую семью. Поэтому за один только ввоз этого яда, полагается смертная казнь. Он имеет сладкий, чуть приторный вкус и легко растворяется в воде, не давая осадка. В первоначальном же виде, это мелкие кристаллы, цветом походящие на мед…

«Мелкие кристаллы, цветом походящие на мед»…

Лайон поднял на Лидию тяжелый взгляд.

— Ничего не хочешь объяснить? — с нарочитым спокойствием поинтересовался он.

— Это просто обычное… обычные…

— А если я растворю их в стакане воды и заставлю тебя выпить?

Лидия отшатнулась и побледнела, как мел.

— Не хочешь? — прищурился Лайон. — Наверное потому, что прекрасно знаешь, что это такое. И как оно действует. — он кивнул паре человек из своей свиты. — Уведите ее. Заприте где-нибудь внизу и не спускайте глаз!

Приказ был тут же выполнен.

А парень повернулся к остальным служанкам. Те явно успели забыть и про свой внешний вид, и про прерванный сон. То, что с ними бок о бок жила отравительница, повергло девиц в легкий шок.

Лайон негромко кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Лидия пыталась убить графиню Арельс и ответит за это по закону. Вдобавок, по ее милости пострадали и вы. — заметив легкое недоумение, он пояснил. — Я имею в виду обыск. Весьма сожалею, что вам пришлось через это пройти. И, в качестве извинений, — свободной рукой он отстегнул с пояса кошелек и протянул его экономке. — Выдайте каждой девушке по два аргена. Остальное можете забрать себе.

По комнате пронесся благодарный вздох.

Почти годовое жалование за такой, в сущности, пустяк… Щедрость графа Бартона не только произвела впечатление, но и качнула чашу симпатий в его сторону. А заодно и в сторону графини Арельс. Как никак, та приходилась ему сестрой.

— … спасибо, ваше сиятельство. Спасибо. — зашелестело со всех сторон.

Даже экономка, забыв про больную спину, слегка поклонилась. Опыт подсказывал, что на ее долю придется не меньше, чем на долю слуг.