Две хозяйки одного замка

С последним замечанием девушка была целиком и полностью согласна. Красивый замок в красивом месте.

— Благодарю, ваше сиятельство. — и на этом взаимные расшаркивания можно было закончить. — Позвольте пригласить вас внутрь?

Первый этаж блестел и сиял. Алесия могла поспорить, что здесь не было так чисто даже в лучшие годы. Слуги превзошли сами себя. А экономка, несмотря на колоссальный объем проделанной работы, была тихо счастлива. Ведь после стольких лет, замок Бартонов снова принимал гостей.

В малом зале уже был накрыт стол.

И центральную его часть занимало блюдо с аппетитно-золотыми блинами. Рядом — «соус», который Алес соорудила, смешав мед с подтаявшим сливочным маслом. Тут же были и лепешки с сухой ягодой, и сметана. Чашки, чайник с травяным чаем.

И все же, для полноты картины не хватало баранок и пузатого самовара. Но тут ничего не поделаешь. Будет свобода, в комплекте с мастерами — будет и самовар."

"Лианна, следовавшая за мачехой по пятам, едва дышала от волнения. Она целое утро провела у печи, и теперь гадала — понравятся ли гостям блины? Поймет ли Морес, что почти треть блинов приготовлена ее руками? Но если в этот раз они не удались?

А если Морес смотрит сейчас на нее? Взглянуть на юношу в ответ, девочка не смела.

А на Джера, стоявшего по правую руку от графа, ей самой не хотелось смотреть. От Ормса-младшего Лия ничего хорошего не ждала. Он, если поймает ее взгляд, опять покажет язык, или глупо выпучит глаза. Потому что дурак.

Алес, тем временем, на правах хозяйки пригласила всех к столу.

Так как визит чисто соседский, можно обойтись без особых церемоний.

Служанка разлила по чашкам травяной чай. Жаль, что в замке брата не водился шоколад, гости наверняка оценили бы какао. Впрочем, имеющееся угощение тоже пришлось всем по душе.

Граф Ормс, отдавая должное блинам, восхищенно покачал головой.

— Алесия, это что-то невообразимое. Я бы не отказался переманить к себе вашу кухарку.

— О нет, ваше сиятельство! Прошу, не делайте этого. Ведь тогда нам с виконтессой придется готовить себе самим.

— с нотками ужаса и веселья отозвалась девушка.

Джер, булькнув травяным чаем, поспешно уткнулся в салфетку.

— П-простите.

Морес, бросил на него укоризненный взгляд и похлопал брата по спине.

— Ваше сиятельство, блины и правда прекрасны.

Лия, хоть слова и были обращены не к ней, залилась яркой краской. Джер, едва откашлявшись, закатил глаза. Но хватило легкого движения отцовской брови, чтобы глаза паренька вернулись на место.