Две могилы

Хотя Кори умирала от любопытства, и отец, по-видимому, тоже. Никто не хотел торопить события.

Отец что-то напевал себе под нос, вынимая пончики из картонной коробки и выкладывая их на тарелку. Кори вдруг вспомнила, что и раньше, пятнадцать лет назад, у отца была такая привычка. Она тайком наблюдала за его хлопотами. Он похудел и как будто стал ниже ростом, но это, наверное, потому, что она сама выросла. Не мог же он из великана, каким Кори его помнила, вдруг превратиться в коротышку с жалкими пятью футами и восемью дюймами.

Волосы отца поредели, только одна прядь торчала над макушкой. Лицо покрылось морщинами, но все еще сохраняло былую, чисто ирландскую живость и привлекательность. Притом что в крови Джека Свенсона едва набралась бы даже четверть ирландской крови, а остальные предки были шведами, поляками, болгарами, итальянцами и венграми. «Я — еще тот двортерьер», — вспомнила Кори давнишнюю присказку отца.

— Сахар, молоко? — предложил он.

— А можно со сливками?

— Есть только жирные.

— Отлично. Немного жирных сливок и три ложки сахара.

Он принес две дымящиеся чашки, поставил на стол и сел рядом. Сначала они пили молча, Кори почувствовала, что проголодалась, и съела один пончик. За окнами щебетали птицы, утреннее солнце пробивалось сквозь листву, ароматы леса проникали в комнату. Это было так замечательно, что у Кори навернулись слезы на глаза.

Джек тут же переполошился:

— Что с тобой, Кори? У тебя что-то случилось? Чем я могу помочь?

Она успокаивающе махнула рукой, утерла слезы и улыбнулась:

— Ничего страшного.

Не беспокойся. Я… просто устала немного.

Все еще взволнованный, он сел обратно на стул, протянул руку, чтобы обнять ее, но она отстранилась:

— Дай мне время привыкнуть.

Отец резко отдернул руку:

— Да-да, конечно.

Его заботливость растрогала Кори. Она захлюпала носом. Возникла неловкая пауза, никто не хотел первым задать вопрос.

— Ты можешь оставаться у меня, сколько захочешь, — решился наконец Джек. — Я ни на чем не настаиваю, приезжай и уезжай, когда тебе вздумается… Хм, а где же твоя машина?

Я что-то не заметил.

Она покачала головой и тут же спросила без всякого перехода:

— Говорят, ты ограбил банк?

Он замер от неожиданности, но все-таки ответил:

— Нет, это неправда.

Внутри у Кори похолодело. Он уже начал лгать ей.

— Я действительно не делал этого. Меня подставили.

— Но ведь ты… сбежал.

Он вздернул голову, тряхнув остатками волос:

— Да, я сбежал. Как последний дурак. Знаю, что сглупил, но ведь я же не виноват.