Две могилы

— Пожалуйста!

Тристрам уселся на кровать и приготовился слушать.

— Останови меня, если какое-то слово окажется для тебя непонятным. А когда я закончу главу, мы ее обсудим. Если захочешь что-то спросить — не стесняйся.

Проктор сел на стул, открыл книгу, прочистил горло и начал читать:

— «Винить их я не могу. Чтобы застрелить кабана или медведя, оптический прицел, в конце концов, не нужен…»[72]

Внезапно он почувствовал, что у него за спиной кто-то стоит. Он тут же вскочил, повернулся и схватился за пистолет, но темный силуэт растворился в темноте еще до того, как рука Проктора коснулась оружия.

Однако увиденное мельком лицо прочно отпечаталась в памяти. Это было лицо Тристрама… только с более резкими чертами, более волевое и привлекательное.

Альбан.

42"

"Кабинет старшего специального агента Питера Джойса наверняка был одним из самых захламленных в здании на Федерал-плаза, двадцать шесть. На полках стояли книги по истории Америки, уголовному праву и навигации, стены украшали фотографии потрепанного непогодой тридцатидвухфутового шлюпа «Бремя доказывания»[73].

Однако стол Джойса был абсолютно пуст, как палуба корабля, освобожденная от всего лишнего перед надвигающимся штормом. Единственное окно смотрело в темноту ночного Манхэттена. Джойс был убежденным полуночником и самые важные дела всегда оставлял на вечер.

В дверь негромко постучали.

— Войдите, — отозвался Джойс.

В кабинет зашел специальный агент Пендергаст. Он осторожно закрыл дверь и занял единственный стул.

Увидев, что вошедший уселся без спроса, Джойс почувствовал укол раздражения, но не показал виду.

У него имелся более важный предмет для разговора.

— Агент Пендергаст, — начал он. — За те три года, что я работаю в нью-йоркском отделении, мне неоднократно приходилось закрывать глаза на ваши, скажем так, экстравагантные действия — порой вопреки советам коллег. Я не спешил вмешиваться в вашу работу и не спешил вызывать вас на ковер, как требовало руководство. На это у меня было несколько причин. Во-первых, я не терплю формализма и не испытываю особой нежности к нашим бюрократам.

Меня больше интересует результат, и в этом смысле вы редко меня разочаровывали. Ваши методы работы необычны, но дьявольски эффективны. Ваш послужной список весьма впечатляет — по крайней мере, та его часть, которую я видел в незасекреченном досье. Там есть еще один похвальный отзыв о вас, написанный покойным Майклом Деккером, одним из самых уважаемых и успешных агентов на моей памяти.