Две могилы

Но должен признать, что ты быстро среагировал, отец. Как будто почувствовал заранее.

Пендергаст уловил оттенок гордости в его голосе — гордости сына за отца. Непонятная апатия мешала ему собраться с силами. Он чувствовал острую боль в недавно вывихнутом плече, ощущал, как сочится из раны теплая кровь, пропитывая и без того мокрую рубашку. Внезапно для него стало не так уж и важно, совсем не важно, будет он жить или нет. Он только надеялся, что сын выстрелит прямо в сердце."

"— Я мог бы убить тебя прямо сейчас, — продолжал Альбан.

 — Я все время держу тебя на прицеле. Но пристрелить тебя, как собаку, было бы ниже моего достоинства. Я оставлю тебе возможность самому выбрать свою смерть. Сейчас я досчитаю до десяти. Если ты решишь умереть без сопротивления, я помогу тебе совершить самоубийство. Но если ты попытаешься убежать, я дам тебе этот шанс.

Когда он досчитал до шести, Пендергаст прыгнул в воду.

Он плыл в глубине, стараясь держаться возле стены, напрягая последние силы и лишь изредка выныривая, чтобы набрать воздуха.

Винтовка мешала загребать воду. Затем раздались несколько выстрелов. Альбан сдержал слово и открыл огонь только на счет десять. Пендергаст слышал, как рядом с ним проносятся в воде пули. Он плыл слишком медленно, непозволительно медленно, и с сожалением выпустил винтовку. Он открыл глаза, но ничего не видел в холодной мутной воде. В ней плавало много всякой гадости, несколько раз Пендергаст ощутил прикосновение скользящей мимо водяной змеи. Но он продолжал двигаться вперед, несмотря ни на что.

Тоннель изогнулся, и вскоре Пендергаст, с трудом шевеливший руками и ногами, увидел впереди слабый проблеск света. Он вынырнул и заметил на влажной стене солнечный блик. Стрельба прекратилась. Дальше он плыл уже по поверхности и едва не ослеп от яркого солнца, когда выбрался из тоннеля в озеро. Оказалось, день еще не закончился. Пендергаст осмотрелся. До противоположного берега к западу от него оставалось около полумили. Альбана нигде не было видно — ни у выхода из тоннеля, ни на берегу.

Он понимал, что это ненадолго. Парень, конечно же, не прекратит погоню.

Но он продолжал плыть к западному берегу.

77

Альбан вслушивался в темноту, в которой затихал плеск уплывающего отца. Выход к озеру был совсем близко, он добрался бы туда за несколько минут. Сердце его стучало возбужденно, все чувства обострились, мозг работал четко и быстро. Это было самое необычное, самое возбуждающее задание, какое он когда-либо получал.