Две могилы

По крайней мере, доказать, что это ее сын, не составит труда благодаря анализу ДНК.

Доктор еще о многом хотел бы спросить, но вдруг осознал, что не может выразить словами ни один из этих вопросов. Ему потребуется много времени, чтобы переварить все, что он уже услышал. А сейчас пора уходить.

Он взял со скамейки оба конверта и протянул Констанс один из них — старый и пожелтевший.

— Это по праву принадлежит вам, — сказал он.

— Мне было бы приятнее, если бы он хранился у вас, доктор.

Фелдер кивнул, положил оба конверта в карман пиджака и поднялся, чтобы уйти, но в последний момент передумал.

Один важный вопрос так и остался нерешенным.

— Констанс…

— Да, доктор?

— А как же эликсир? Когда вы перестали принимать его?

— Когда был убит мой первый опекун доктор Ленг.

Он не сразу решился задать следующий вопрос:

— Это причиняет вам какое-то беспокойство?

— Что именно?

— Простите, что не могу выразиться более деликатно… Сознание того, что ваша жизнь продлилась за счет убийства невинных людей.

Констанс смерила его взглядом своих глубоких, непостижимых глаз. В часовне стало еще тише. Наконец она заговорила:

— Вам знакомо такое высказывание Френсиса Скотта Фицджеральда: «Пробным камнем первоклассного интеллекта является способность удерживать в уме две противоположные идеи одновременно и все-таки сохранять возможность действовать»?

— Да, я слышал об этом.

— Обратите внимание. Я не просто пользовалась этим эликсиром. Я находилась под опекой человека, искалечившего и убившего мою сестру.

Прожила больше ста лет в его доме, читала его книги, ела его пищу, пила его вино, вела с ним приятные вечерние беседы — и все это время помнила, кто он такой и что он сделал с моей сестрой. Не правда ли, редкий случай противопоставления двух идей?

Она замолчала. В ее глазах мелькнуло что-то необычное. Но что именно, Фелдер не смог определить.

— А теперь я хочу спросить у вас, доктор: означает ли все это, что у меня первоклассный интеллект… или что я безумна? — Глаза ее опять странно сверкнули.

 — Или и то и другое сразу?

Затем она кивнула Фелдеру на прощание, взяла книгу и продолжила чтение.

87

Д’Агоста опасался, что старый бар давно уже закрыт. Он не бывал там несколько лет. Мало кто из его коллег вообще знал об этом месте — папоротники на окне с кружевными занавесками гарантировали, что ни один уважающий себя офицер не согласится зайти туда.