Две могилы

Он быстро взглянул на нее, почти сочувственно:

— Надеюсь, вы достаточно хорошо меня знаете, чтобы понять: ни вы и никто другой не сможет помешать мне, заставить изменить решение. А теперь я прошу вас уйти. Нам обоим было бы крайне неприятно, если бы мне пришлось выпроваживать вас силой.

Почти целую минуту она умоляюще смотрела на него. Но Пендергаст словно бы не замечал этого. Наконец она отвернулась, содрогаясь всем телом от рыданий. Шестьдесят секунд спустя она снова шла по темному внутреннему двору, едва переставляя ватные ноги и не имея ни малейшего представления о том, куда направляется.

По ее щекам текли слезы.

Пендергаст еще долго стоял в прихожей. Потом очень медленно вернулся в кабинет, сел за стол и принялся — в который уже раз — рассматривать стоящие перед ним предметы.

11

После ухода капитана д’Агоста тоже направился в центр. Чертов Хеффлер! Лейтенант готов был размазать о стенку этого сукина сына. Отрезать ему яйца и повесить их на новогодней елке.

Он вспомнил, как вместе с Пендергастом заходил к Хеффлеру и как агент устроил доктору взбучку. Это было очень забавно. И сейчас он, д’Агоста, решил разобраться с Хеффлером «а ля Пендергаст».

С этими приятными воспоминаниями он остановился возле отдела анализа ДНК на Уильям-стрит, примыкающего к Манхэттенскому госпиталю. Он посмотрел на часы: восемь утра. Затем обратился к дежурному полицейскому и выяснил, что Хеффлер сидит в своем кабинете с трех часов ночи.

Это был хороший знак, хотя д’Агоста не мог сказать наверняка, что он означает.

Лейтенант вышел из автомобиля без полицейских опознавательных знаков, хлопнул дверцей и вошел в здание. Протянул жетон администратору."

"— Лейтенант д’Агоста, — громко представился он. — Мне нужно видеть доктора Хеффлера.

— Распишитесь в журнале, пожа…

Но д’Агоста уже проскочил в лифт и ударил кулаком по кнопке верхнего этажа, где находился кабинет Хеффлера, обставленный простенько, но со вкусом и обшитый дубовыми панелями.

Секретаря в приемной не оказалось — слишком ранний час. Поэтому д’Агоста сразу проследовал в кабинет.

Хеффлер был на месте.

— О, лейтенант, — произнес он, резко вставая из-за стола.

Д’Агоста на секунду заколебался. Это был совсем не тот Хеффлер, какого он знал, — напыщенный болван в костюме за тысячу долларов. Сегодня доктор выглядел усталым, потрепанным, словно его только что вызывало на ковер начальство.