Две по цене одной

Мысленно зарычал, гадая, что могло вывести родителя из себя. Ведь просто так являться в таком настроении тот не стал бы.

Секретарь даже не пискнула. Она вообще, наверное, спряталась под стол — от греха подальше. Отец влетел в кабинет без всякого доклада.

— Арам! — пробасил он, с шумом закрыв дверь. — Захожу я в отель и кого вижу?

Отец задал вопрос таким образом, будто Арам должен был как минимум прочитать мысли родителя и тут же начать извиняться.

Он встал, обошел стол и присел на него, сложив руки на груди, аккуратно спросил:

— Кого ты увидел?

— Ее! — не заставил себя ждать Баграт.

— Кого ее? — тут-то Арам и заподозрил неладное.

— Скажи мне как на духу, сын, ты из-за этой маленькой дряни решил бросить Наринэ?!

До Арама наконец дошло, где собака зарыта.

Слова отца неожиданно задели. Больно задели. Сам он может делать с Евой все, что угодно, но не позволит ее обижать никому другому. Даже отцу. Даже заслуженно.

— Не смей называть Еву дрянью, — произнес он с каменным выражением лица.

— Что?! — аж присвистнул отец.

Арам покачал головой.

— Ева здесь вообще ни при чем, это была выгодная сделка.

Баграт сжал кулаки и снова двинулся в наступление:

— Я сейчас же сделаю так, чтобы эта мелкая сикарашка исчезла отсюда!

— Только тронь ее, и на этом наше хорошее общение с тобой закончится, — отчеканил Арам строго.

— Да как ты смеешь… Зачем ты ее защищаешь? Она столько боли тебе причинила…

— Ева — мать моей дочери, — наконец признался Арам.

— Как это?! — охнул отец.

Медленными шагами подошел к дивану и плюхнулся на черную кожаную поверхность.

— Это как это… — снова повторил и помахал себе рукой в попытке остудить пылающее всеми оттенками красного лицо.

— Я сам недавно узнал, — ответил Арам.

Потом подошел, сел рядом и рассказал отцу, как встретил Надю, как Ева пыталась скрыть ее возраст, как почувствовал в ней родственную душу.

"— Очень тебя прошу, отец, не трогай Еву. Я сам решу, что с ней сделать.

Баграт немного отдышался, потом вперил в сына полный гнева взгляд и продолжил:

— То есть будешь с ней спать, а законная жена пусть слезы льет в холодной постели?

Арам громко выдохнул и вскочил с дивана, снова сложил руки на груди.

— Со своей женой я тоже разберусь сам, не маленький.

Баграт тоже встал и ответил, нахмурив брови:

— Ты это матери скажи, она Наринэ уже полдня успокаивает.