Не страсти огненные – нет! Хватало в его жизни и страстей, до фига! Нет, другое… что-то такое глубокое, истинное… не объяснить – настоящее, что ли!
Вот что неправильно!
Не следовало, ох, не следовало, возвращаться – ведь ушел же, переступил порог – и кидаться так отчаянно, с головой кидаться в Стаську!
И так однозначно, бесповоротно от нее уйти!
– Нет! Уйти – как раз правильно! – зло возразил себе Больших, закидывая подальше пласт снега с лопаты.
Он уже один раз женился и, как ему казалось, по любви – будет с него и этого раза! Хорошо, удалось уйти без глобальных потерь и непримиримой ненависти ко всему женскому полу!
Битому-перебитому, изрядно потрепанному, удалось убраться Степану Больших с мест масштабных семейных баталий.
С Надей, его бывшей женой, они познакомились традиционно: в институте, и поженились, когда оба проходили интернатуру, он хирургическую, она – терапевтическую.
В стране уже что-то ворочалось новое, именуемое кооперацией, гласностью и перестройкой и прочими ругательными названиями, менялось, но накатанные пути карьерного роста медика производили впечатление незыблемых и постоянных.
Молодую семью двух работников медицины ждали четко просматриваемые, не ими придуманные и установленные перспективы развития, становления и закрепления на хороших местах. Оба собирались работать в больницах, получать приличную зарплату и уважение общества.
Он – защищаться, она – просто работать, жить, как все живут, родить детей, вырастить, машину купить.
По указующему персту дедушки Ленина, дорога впереди ждала светлая, проторенная, обеспеченная и просматриваемая до самой старости на каждом этапе пути.
Надюха не выдержала после полугодовой невыплаты зарплаты.
Пришла вечером поздно домой, злая, осунувшаяся, расточая амбре дешевого коньяка, не раздеваясь, прошла в кухню, опустилась тяжело на табурет.
Он понял ее состояние и молча поставил чайник на плиту, достал с полки чашки, заварку, сахарницу…
– Все, Степан, я ушла – уставшим, бессильным голосом сказала жена.
Он медленно повернулся к ней:
– Ты же не хотела уходить, Надь. Тебя же не сегодня-завтра заведующей отделением собирались назначить."
"– Да потому что работать больше некому! Все разбежались! – громко ответила она, словно продолжая прерванный с кем-то спор.
